Я смотрела в лихорадочно блестевшие глаза, обращенные ко мне, и не могла подавить чувства отвращения, которое охватывает каждого, кто сталкивается с чем-то ненормальным. Однако я почувствовала и жалость и как можно ласковее заговорила с ней:
– Вы устали, миссис Ле Гранд. Мы поговорим об этом в другой раз. А сейчас вам лучше лечь и отдохнуть.
Но она не шевельнулась и продолжала цепко держаться за мою юбку.
– Только не говорите, что считаете меня сумасшедшей, – медленно произнесла она, и улыбка искривила ее губы. – Или что вам непонятно, в чем дело. Вы все прекрасно понимаете, не так ли, и вы не верите в мое безумие, так ведь?
– В другой раз, – начала я и попыталась уйти, но она не отпускала мое платье.
– Когда я была молодой, – повторяла она монотонно, – и приехала в этот дом, никто не дал мне добрый совет, какой я пытаюсь сейчас дать вам, – бежать отсюда. И я осталась. И я была втянута во все мерзости, что здесь творятся, – и теперь не убежать. И я сама теперь стала частью этих мерзостей. – Ее рука крепче ухватилась за меня. – Ведь вы уедете? – внезапно ее голос стал мягким и умоляющим.
– Вы больны – вы должны показаться врачу, – сказала я.
Прежде чем я успела что-то добавить, она отпустила мой подол и, откинув голову, сказала еле слышно:
– Показаться врачу, чтобы Сент смог объявить меня сумасшедшей? – Она быстро поднялась, подошла к двери и широко распахнула ее. – Я вижу, вы такая же, как все они. Вы сильная, но не настолько, чтобы побороть зло, что обитает в Семи Очагах. Доброй ночи, мисс Сноу.
У себя в комнате, как я ни старалась, не могла отделаться от ее сломленного образа. Я решила, что в следующий раз, когда увижу Руа, скажу ему, как пыталась по его совету по-доброму отнестись к его невестке; но также скажу, что ее состояние уже не позволяет ей отозваться на такую доброту.
Но первый, с кем я заговорила о Лорели, оказался не Руа. Встретиться с ним мне предстояло еще не скоро. И случилось так, что вместо него мне пришлось поговорить с ее мужем.
День или два спустя, когда я подметала старые листья, которые осенью засыпали дорожку от причала к дому, я увидела плывущий по каналу баркас, которым управлял Вин. И, продолжая свою работу, я наблюдала, как Сент-Клер, сойдя на берег, со скучающим видом идет по дорожке. Когда он подошел ко мне, то остановился и окинул меня насмешливо-удивленным взглядом, которым всегда смотрел на мои "занятия". Этот взгляд да его безупречно элегантный вид мгновенно напомнили мне о моих запыленных ботинках и обо всей моей запачканной одежде.
– Вы когда-нибудь отдыхаете от своей злосчастной работы?
– Дорожки должны быть чистыми, – ответила я и почувствовала, что покраснела, поняв, как педантично прозвучали мои слова.
– Они много лет обходились и без этого.
Я сдержала порыв сказать, что и вся усадьба много лет обходилась без уборки и лежала в грязи, но ничего не сказала. Вместо этого я отодвинулась со своими граблями, чтобы дать ему пройти.
– Но если, – продолжал он, – это так важно для спокойствия вашей души, почему бы не оставить эту работу для Вина?
– Вину сегодня надо было ехать в Дэриен встречать вас.
– Если я помешал вам утолять свою страсть к хозяйственным делам, – ленивый голос его был проникнут сарказмом, – то прошу прощения.
– Это неважно.
Облокотившись на грабли, я смотрела ему вслед – и вдруг, повинуясь неожиданному импульсу, позвала его:
– Мистер Ле Гранд, подождите, пожалуйста.
Он остановился и подождал, пока я с граблями в руках не подошла к нему.
– Да? – сказал он.
– Я хотела бы поговорить с вами о вашей… о вашей жене.
– А что такое?
Минуту я стояла, подбирая нужные слова, которые помогли бы мне сказать то, что я хотела, ведь я знала, что человеческая натура способна довольно легко мириться и с большими несчастьями, чем душевная болезнь близкого человека. Но пока я собиралась с мыслями, он нетерпеливо подгонял меня:
– Ну так что же, мисс Сноу?
– Мне кажется, вашей жене нужен врач.
– Разве миссис Ле Гранд больна? – протянул он.
– А разве нет? – серьезно спросила я. Я знала, что он припишет все ее пьянству. – Это, конечно, имеет место, но вам не приходило в голову, что ее рассудок?..
– Рассудок? – Что-то зажглось в его глазах и тут же погасло, и он снова неподвижно смотрел на меня. Затем он медленно спросил: – Вы хотите сказать, что она безумна?
– Во всяком случае, нормальной ее назвать нельзя.
– А что именно навело вас на эту мысль?
Я вспомнила тонкую руку Лорели, уцепившуюся за мою юбку, услышала ее умоляющий голос. Но я не стала упоминать об этом, а голос Сент-Клера снова подгонял меня:
– Вы что-то заметили?
– Мне кажется, она нуждается в лечении – ведь есть такие места, где могут помочь и излечивают такие болезни. – И тихо добавила: – Надо подумать о Руперте.
Он продолжал стоять передо мной, и в глазах его не было и следа хоть какого-нибудь выражения. Наконец он промолвил:
– Возможно, вы и правы. Сегодня же поговорю с миссис Ле Гранд о консультации с врачом.
