Это случилось летом, когда мне было пятнадцать лет. Я тогда с превеликим неудовольствием приехал на время каникул в деревню, к бабушке и дедушке. Мое состояние можно понять, если учесть, что мне светила поездка на юг, к морю, но строгие родители не отпустили меня туда, мотивируя свой отказ многочисленными «тройками» в моем аттестате. Но надо отдать им должное: они меня заранее предупредили, что путевку купят лишь в том случае, если ниже четверки не опущусь. Так что во многом виноват я сам, а вернее моя самонадеянность, не допускавшая того, что родители, не отличавшиеся до сих пор особой серьезностью, могут устроить своему любимому чаду такой облом. Но это случилось и пришлось с этим мириться.
Вот Саньку везня: сейчас в Турции на пляже загорает! А я уже, который год в этом Переделкино, словно в ссылке за свою провинность. Каникулы мои проходили бездарно. Один день сменялся другим, и каждый новый походил на предыдущий. Сценарий на двадцать четыре часов был скучен до тошноты: до обеда спишь, а потом, перекусив что-нибудь второпях и непременно завершив свою непродолжительную трапезу кружкой надоенного бабушкой молока, идешь с друзьями на речку, вечером помогаешь бабуле и дедуле в огороде. Когда же на улице свирепствовали дожди, мы с ребятами собирались в каком-нибудь сарае переоборудованном под небольшую комнатушку для дружеских посиделок, слушали музыку, играли в карты.
Единственным развлечением в деревне были дискотеки, правда, такое название к подобным мероприятиям можно применить лишь условно. До открытия клуба мы обычно собирались у Гуся, который одиноко жил в старом низеньком домике и славился тем, что трезвым его редко кто видел. В его неполные двадцать шесть лет ему давали далеко за тридцать. Все мои друзья и знакомые приходили к нему посидеть, выпить. Гусь никогда никому не отказывал потому, что тоже присоединялся к распитию спиртного. Бывало, напоят небритого хозяина, он и спит в другой комнате как убитый, в то время как они вовсю развлекались с девчонками. И как только заканчивался «веселый напиток», почти все дружно покидали временное пристанище, держа курс в клуб – на танцы.
В деревне я, в основном общался с ребятами намного старше меня, ведь с ними было интереснее, чем с ровесниками. Как-то, уже в конце августа, в то время как мы играли в «Соньку» у Шкафа, друг сказал мне, что сегодня вечером он, Гарик и Хам пойдут в соседний поселок к студенткам, и предложил мне отправиться туда с ними. Я догадывался, что мне светит что-то новенькое, и потому быстро согласился.
Вечером, перед тем как отправиться в путь, они стали «принимать на грудь», и мне поднесли:
– Выпей стопку, пригодится.
Несмотря на то, что я вращался в кругу старших ребят, которые почти каждый раз до дискотеки выпивали, я не подражал им и не баловался спиртными напитками. Но, зная хорошо Гарика, что он плохого не посоветует, опрокинул стаканчик с содержимом. И тут же Хам протянул сигарету:
– На – попробуй. Одно другому не помешает.
Я не сразу взял, так как колебался, но потом, решив для себя, что в жизни надо все попробовать, впервые закурил.
На поиски любовных приключений мы отправились, как только начало темнеть. Шли долго. До поселка было семь километров, притом путь проходил через лес, так как другой дороги просто не было. Поселок, в который мы пришли, поразил меня ничтожным количеством домов и отсутствие признаков жизни. В голове даже промелькнула мысль, что мы вообще являемся первопроходцами в этой местности, но по мере приближения к озеру стала понятно несостоятельность этого предположения. Сидя на заранее постеленных матрацах вокруг небольшого костра, нас поджидали три девушки. «Шкаф» намекнул им, что для меня не хватает еще одной, и те сходили за четвертой. Я познакомился с ней. Мне досталась довольно привлекательная крашенная блондинка Лера, студентка третьего курса сельхозинститута. Она с подругами приехала сюда на практику, и парни для них, как я сразу понял, были дефицитом. Для нас же новые девчонки были средством развлечения, так что интересы обеих сторон в этом случае совпадали.
