Директор посмотрел на Рем одобрительнее, чем должен был, но попросил завтра одеться нормально, если будет возможно. Причём это касалось обоих; Мион, заглянувшая к ним во время беседы, тут же пообещала одолжить форму. Хоть кланяться не стала, но смотрела всё же с благоволением перед посланниками бога. Наконец переговоры закончились, Нацуки и Рем попрощались с Мион, согласились подойти к концу уроков на общее знакомство и оказались предоставлены самим себе.
— Только знаешь, тут ресторана нет. — сказал девушке Нацуки. — Он в этой Окиномии, а туда без машины или велосипеда долго добираться.
— Я могу взять тебя на руки и побежать, Субару-кун. — спокойно ответила Рем. — Я быстро бегаю.
— Знаю, но если побежишь со скоростью автомобиля, то нас арестуют.
— Нууу, так неинтересно.
— Без еды не останешься, тут лавки есть.
— Хорошо. Но Субару-кун, давай ты скажешь мне то, что хотел. Вот тут сядем. — Рем указала на небольшой холм неподалёку от водяной мельницы, к которой они подошли. — И поговорим.
— Ладно. — только и ответил Нацуки, хотя внутри всё забеспокоилось.
Рем его понимает. От и до. Поймёт и сейчас. Должна понять.
Они уселись на траву и посмотрели в сторону полей, где склонёнными фигурками работали люди. Никто не смотрел в их сторону, не думал подходить, задавать вопросы и гнать отсюда. Никто не помешает.
Отступать некуда.
— Рем. — Нацуки опёрся на выставленные назад руки и посмотрел в добродушное голубое небо. — Я люблю тебя, Рем. И я люблю Эмилию.
Девушка положила руки на колени и приготовилась слушать.
— В такой ситуации я должен выбрать одну. — продолжал Нацуки. — Но не могу выбрать. Даже не потому, что люблю вас одинаково… я просто не хочу оставлять одну из вас с разбитым сердцем. И потому единственный выход, который вижу — принять вас обеих. Пусть и ты, и Эмилия станете моими девушками. Я не стану обещать, что это будет к лучшему, решит все наши проблемы, сделает нас счастливыми… не сделает. Но так мы хотя бы можем быть вместе. Да и, если честно — для парня это своего рода вызов, добиться любви сразу двух прекрасных девушек.
Рем только моргнула.
— И Рем, я прекрасно знаю, что после этого все и всё будет против меня. Даже если ваши законы позволяют жениться на двоих сразу, и ваше общество не осуждает такое, и это не вызовет никаких шепотков и последствий, в том числе для трона Эмилии… вы сами будете против. Как можно предлагать девушке делить её с кем-то? Говорить, что любишь не только её одну? Оказывать на её глазах другой знаки внимания, улыбаться другой, целовать, про постель я вообще боюсь касаться… даже если вы обе скажете, что всё нормально… одно дело сказать, и другое — жить так. Та жизнь, которую я предлагаю тебе… это не та жизнь, которую ты хотела бы. Да и если ты согласишься, то не думаю, что сумеем на то же самое уговорить Эмилию. Но я всё равно хочу добиться этого. — Нацуки сжал кулаки. — Это плохой вариант, но лучшего просто не вижу. И если мне вновь придётся выступить против мира, против всех, даже если против тебя и Эмилии… я опять сделаю это. Потому что хочу счастья для нас троих, и уверен, что так мы сможем его достичь, ибо вряд ли захотим лишаться друг друга.
Рем не говорила ничего, не шевелилась, даже моргала аккуратно, боясь пропустить хоть слово.
— Вот об этом я и хотел поговорить, Рем. — Нацуки нашёл в себе силы повернуться к ней. — О том, что я люблю тебя, и хочу, чтобы ты стала моей. Но только если в наших отношениях также будет и Эмилия. Иначе… не думаю, что это будут счастливые отношения.
Он замолчал, ожидая ответа — с которым Рем не торопилась. Она отвела взгляд, разгладила платье на коленях, какое-то время смотрела на поля — а затем неожиданно прыснула.
— Такие сложности лишь для того, чтобы затащить в постель двух девушек сразу. — сказала она.
— Рем, я не про это… — начал объяснять Нацуки, но Рем тут же оборвала его:
— Знаю, что не про это. Эх, Субару-кун. Ты так уверен, что сможешь уговорить госпожу Эмилию?
— Я сделаю это. — только и ответил Нацуки. Рем улыбнулась — а затем резко наклонилась к нему и обхватила за шею.
— Потому я и люблю тебя, Субару-кун. — прошептала она на ухо. — Ты не собираешься жить по правилам, если они мешают счастью тебя и твоих любимых. И всегда найдёшь способ их преодолеть. Так что не беспокойся. Не буду говорить за госпожу Эмилию, но я всегда буду с тобой, даже если в тебя влюбятся ещё три девушки и ты провернёшь с ними такой же трюк.
— Рем, я не думаю, что такое возможно. — попытался улыбнуться Нацуки.
