Аркан Таро «Разрушенная башня» означает внезапный крах. Но почему эта карта выпала неудачнице Вере именно тогда, когда ее жизнь стала налаживаться?! Судьба привела ее в агентство Plaza, которому требуются именно такие, как она, – невзрачные скромницы. У нее наконец-то появилась престижная работа, зарубежные командировки, новые друзья. Неужели все это рухнет в одночасье? Нет, она будет делать все возможное и невозможное, чтобы этого не случилось. Но попытки робкой Веры противостоять роковым силам закончились трагически – ее нашли мертвой на курорте Гоа. Кому помешала жизнь этой неприметной девушки? Но все, кто пытался разгадать тайну ее смерти, тоже неожиданно погибали. Эта цепная реакция странных смертей – не разгадка ли страшной тайны?
«По улицам шляется смерть. Проклинает
Безрадостный город и жизнь без надежд,
С презреньем, зевая, на землю толкает
Несчастных случайных невежд…»
«Убивать тебя будут такие же люди…»
Корова на пляже задумчиво жевала ананас. Со своего лежака я лениво наблюдала, как ловко она перевернула чью-то одинокую сумку. Плод выкатился на песок, телка слямзила его и теперь уплетала, как наш заяц-русак кочерыжку. Повеяло душистой сладостью. Легкий морской бриз с ананасовым привкусом заставил меня блаженно зажмуриться.
Ин-ди-я-я-я…
Нет, я, конечно, могла бы отогнать наглую буренку, спасти чужое добро. Но я не сторож ближнему своему. И вообще… Удивительное рядом, буквально по соседству, удивительное. Чего ради лишать себя редкого зрелища? Где еще скотина кормится ананасами? Не в ближайшем же Подмосковье.
Ин-ди-я-я-я…
Что-то библейское было в этом действе. Я с любопытством покосилась на коровью «Еву». Чужой запретный плод она уже познала. Умело сняла колючую кожу и смачно надкусила поруганный фрукт. На морде ее было написано райское наслаждение.
Ин-ди-я-я-я…
Я с совестью чистой, как освобожденный от кожуры ананас, продолжала наблюдать за процессом животного насыщения. Корова тщательно пережевывала пищу и так самозабвенно слизывала розовым языком нежный сок, что я невольно сглотнула. От мерного движения коровьих челюстей можно было впасть в упоительный транс. Я снова прикрыла глаза и погрузилась в первозданную нирвану…
Ин-ди-я-я-я…
– Да что ж это творится-то?!
На меня легла тяжелая тень. Я приподняла сонные веки посмотреть, кто заслонил мне солнце. Громадная бабища в мокром купальнике уставилась на корову. Та, понятно, на глупый вопрос отвечать не стала. Я положила руку под голову и устроилась поудобнее: просто чумовое зрелище! Картина неизвестного художника – «Смерть ананаса».
– А вы что смотрите?! – разъяренная от потери пищи фурия обратила свой неправедный гнев на меня.
– Смотрю… – безмятежно улыбнулась я.
– Гнать ее надо!
– Не надо, – ласково возразила я неукротимой мегере, – корова на своей земле. Она – гражданка Индии. В отличие от вас… – напомнила я на всякий случай.
– Вы что, издеваетесь?! – Эта сварливая тетка была склонна к скороспелым выводам (тьфу, опять фруктовое сравнение).
– Нет, – перевернулась я на живот, – просто загораю.
– Кыш, зараза! – замахнулась мегера на притихшую буренку.
– А вот это вы зря… – лениво заметила я.
– Почему? – зыркнула тетка недоверчивым глазом.
– Вас могут скормить крокодилам, – предсказала я ее вероятное будущее.
– Да ты чего? – застыла она с открытым ртом. Хотелось заткнуть его вихрастой ананасовой макушкой, чтобы не переходила на личности.
– Ничего. Оскорбление коровы действием здесь карается строго. Это священные животные.
– А им, выходит, все можно? – бесновалась бабища.
– Да, – кивнула я. – Они боги.
– А ты больно умная? – догадалась тетка, но от буренки опасливо отодвинулась.
Я промолчала. Есть вопросы, на которые нельзя ответить ни «да», ни «нет».
От ближайшего кафе к нам уже бежал индус. Он проворно отогнал насытившуюся корову и что-то быстро залопотал взъерошенной тетке. Она не поняла. Я тоже.
Все. Представление окончено. Пойти искупаться, что ли? За свой ананас я не боялась. Не было у меня ананаса. Мне его купить было не на что.
Ин-ди-я-я-я…
Incredible India… [1]
Юркий мальчишка сновал в пробке между машинами, размахивая яркой книжкой. На боку висела оттопыренная сумка, полная покетбуков.
– Новый бестселлер Егора Крутова! Покупайте! Последний боевик короля детективов! – звонко выкрикивал шкет.
«Вот засранец, – подумал Еремей, – тронется поток, отскочить не успеет».
– Дяденька, купите…
Вихрастый прилип к его бамперу. Еремей опустил боковое стекло:
– А ну, кыш отсюда! – прикрикнул грозно. Не хватало еще покупать собственный роман.
– Купите, дяденька. «Судьба без тормозов». Недорого…
– Ладно, давай! Только быстро. Эту – «…без тормозов».
Он достал сотню и протянул в окно.
– …И сваливай, пока самого не тормознули.
Впереди зажегся желтый. Парнишка засуетился. Сунул в окно книжку. Начал торопливо доставать из кармана смятые десятки.
– Сдачи не надо, – заторопил его Еремей, – живо с дороги!
Поток двинулся. Пацаненок ловко увильнул от суетливого «жигуленка». Хитрожопый водила, видя, что машина спереди замешкалась, нахально подрезал Еремея. Тот дал по тормозам. Но не успел. Бампер его «бэхи» крепко впечатался в задницу «девятке». Переднее стекло BMW, противно скрипнув, треснуло, кажется, даже осколок отлетел.
– Ты что, козел, внаглую лезешь! – высунулся Еремей.
– А ты, еханый бабай, заснул, что ли? – огрызнулся водитель «жигуленка».
Обычный диалог. Все правы. Пусть ГАИ рассудит. Пока ждали «архангелов», Еремей раскрыл только что купленную книжку.
