Звенит звонок, девушки выходят из туалета, шум затихает, но я продолжаю сидеть в кабинке, пытаясь успокоить глупое девичье сердце. В голове калейдоскопом меняются картинки: вот Ян улыбается, вот подносит зонтик ко мне, вот держит за руку, а вот накручивает стебелёк на палец. Ну не мог он посмеяться надо мной. Зачем? Столько времени тратить на глупые игры? Не верю. Просто не верю. Я спрошу у него. Прямо в лоб. И если он скажет «да», тогда я… тогда… Не знаю. Улыбнусь и уйду. А потом буду плакать. Горько и долго, пока не полегчает.
Забыв о грязном рукаве, я подошла к зеркалу, посмотрела на свое отражение. Очередной звонок. Теперь уже с урока. Очередной вздох. Теперь уже полный сил и желания выяснить правду. Все получится! У меня все получится. Я справлюсь. Папа учил никогда не сдаваться и не пасовать перед трудностями. С кем не бывает, правда?..
Из туалета я вышла, крепко сжимая лямку рюкзака. Вышагивала уверенной походкой, с поднятым подбородком, но уже тогда поняла — что-то не так. На меня странно смотрели окружающие. Почему они шепчутся? Почему показывают пальцем? Почему хихикают?
— У нее не все дома говорят, — доносятся отголоски голосов. Резко останавливаюсь, поворачиваю голову и не могу понять, это относится ко мне или к кому-то еще.
— Она не может просто так войти в помещение.
— Ага, здания обходит по три раза.
— Чокнутая.
— Гляньте, это же та самая!
— Ева, ее зовут Ева.
— Чокнутая Ева!
Голоса разлетались ото всюду. Мое имя звучало слишком четко и громко. Все они говорили обо мне. Показывали пальцем, смеялись. В ушах стоял шум, сердце ускорилось до невероятных ритмов. Бум. Бум. Бум. Оно разрывало перепонки. Мне начало казаться, что кожа на теле горит. Я раз за разом терла ладони друг об дружку, но становилось только хуже. Голоса померкли, образы смешались, людей то ли становилось больше, то ли меньше. Я плохо понимала.
А потом кто-то толкнул меня, ноги подкосились, и я упала, ударяясь коленками о плитку. За что? Почему? Откуда они все знают? Мой секрет. Откуда они знают мой секрет? Ведь я была предельно внимательна. Как… Как же так. Никто ведь… Никто кроме… Яна… Никто кроме него не знал. Откуда ж все эти люди знают?
