Борис Невский с женой и внуками приехали в клинику к Марине в 16:50. Илья ждал их в своей машине. Он ощупал карман своего пиджака и вышел им навстречу, прихватив с сиденья машины букет цветов.
– С приездом, – сказал он, пожав отцу руку и поцеловав в щеку Ольгу Сергеевну. – Как отдохнули?
– Ты, Илюша, мне зубы особо не заговаривай. Я уже в курсе
всех ваших тайн, – ответила она. – Ребята пакеты не забывайте.
Они прошли всей компанией в палату Марины по очереди, стараясь не мозолить глаза медсестре. Мать бережно обняла дочь, поцеловала ее и смахнула непрошеную слезу. Марина, на ее взгляд, выглядела больной и была бледной, с темными кругами под глазами. Хорошо, что повязку с головы уже сняли. Все прибывшие расположились вокруг кровати.
– Если ваш табор увидит медсестра, мне сделают выговор, – сказала Марина, улыбнувшись. – Не раздражайте медиков и не ходите ко мне всей семьей. Составьте график и неукоснительно его выполняйте. Мне гораздо лучше, а до обеда мне, вообще, не дают времени скучать. Цветы, по какому поводу? – спросила она Илью.
– Повод самый торжественный. Я не зря собрал всю семью вместе, – говорил Илья, встав на одно колено и протянув открытый футляр с кольцом. – Будь моей женой, Мариша.
В палате наступила тишина, и Илья даже растерялся.
– Илюша, какая из меня жена? – тихо спросила она.
– Мам, соглашайся, он хороший, – шепнул ей на ухо Денис.
– А как же « и в радости и в горе»? – спросил Борис Романович.
– Марина Егоровна, пока загс вам месячный срок даст, вы поправитесь, – убеждал ее Родион.
– Родя прав, дочка. Ты у нас и бегать будешь, и летать.
– Что молчишь? В этот раз я не приму его назад, – сказал Илья, надевая кольцо на палец Марины. – Я тебя очень люблю. Мы тебя все любим.
– Да я согласна, не надо меня уговаривать. Когда еще дело дойдет до загса? – улыбаясь, сказала Марина.
– Не надо искать проблем, где их нет. Завтра у тебя с утра дела, а вот перед обедом, я приеду к тебе с работником загса, и ты при ней напишешь заявление. Да, вот такой я настырный, – целуя ее, сказал Илья. – Регистрировать нас будут дома через месяц. У тебя есть стимул. У нас все будет по-взрослому: свадебное платье, смокинги, много цветов и гостей. Подумай: какое бы ты выбрала платье и кого из гостей хотела бы видеть? Все в твоих руках.
Дальше началось обсуждение: кого и когда пригласить? Что надеть и чем украсить? Какие сюрпризы приготовить? Марина смотрела на дорогих ей людей, внимательно выслушивая каждого, и успокаивала спорящих: – «Сбавьте тон ребята, иначе вас всех выпроводят». Через час Ольга Сергеевна, Борис Романович и мальчишки уехали, а Илья остался.
– Илья, прошел всего месяц с небольшим, как мы с тобой снова встретились. За это время многое произошло, и многое изменилось, в частности я. Нам надо поговорить обо всем серьезно. Не надо торопиться с загсом. Я не знаю: сколько продлиться срок реабилитации. Возможно, я не смогу вернуться к работе. Зачем тебе нездоровая жена? Твоя поспешность, со стороны, может показаться искуплением вины, раскаиванием за то, что произошло. Мы можем попробовать жить вместе, но это не означает, что нужно спешить с регистрацией. Я прошу тебя, не торопись.
– Мы будем преодолевать трудности вместе. Я от задуманного не откажусь, не уговаривай. Мое отношение к тебе не изменилось, а за месяц мы постараемся все проблемы решить. Нужно будет, мы поедем в Израиль, в Германию, но ты у меня будешь здорова и очень счастлива, – говорил он, прижав ее ладонь к своей щеке.
– Ты стал очень несговорчивым, – улыбнулась Марина.
– Я стал взрослым и уверенным в себе. Эту уверенность вселяешь в меня ты. Я только начал жить. А ты хочешь, чтобы я опять пребывал в небытие? Нет, Маришка. Я буду исцелять тебя любовью. Я люблю тебя, люблю мальчишек, я уже люблю Ольгу Сергеевну. И ты хочешь, чтобы я добровольно от этого отказался? Можешь оставить свою фамилию, пусть Денис этот вопрос решает для себя сам, хотя я признаю его официально, а штамп в паспорте не так важен мне, как мальчишкам. У нас будет семья, а не мамин сожитель или подруга отца.
– Ты хочешь, чтобы мы жили в доме все вместе?
– А ты думаешь, что нам будет там тесно? Тебе самой удобнее будет гулять в саду, во дворе. Наша спальня будет на первом этаже. Сейчас она пустует. Там нет ничего кроме пыли. К твоей выписке мы сделаем там ремонт, купим мебель и с помощью тещи сделаем ее уютной и удобной. Мальчишки живут на втором этаже и почти привыкли к присутствию друг друга. Что тебя не устраивает? Чего ты боишься? Да, первое время, возможно, у нас могут быть между собой разногласия, недопонимания. А как ты хотела? Жить в одной большой семье не просто, но мы взрослые люди и сообща справимся. И еще один важный аргумент: от дома до клиники в два раза добираться быстрее, чем из квартиры. Я тебя убедил?
