– Мне очень не нравилась девушка Виталия. Внешне она была привлекательная особа, но на этом все и заканчивалось. Пока они дружили, я не возражала, но когда решили пожениться, я была против этого. Из-за нее он отказался ехать и оставался в России. Надо было смириться, подумать, все взвесить, прежде чем быть такой категоричной. Умом я понимала, что там ему придется начинать все заново, и, возможно, ему придется несладко, но сердце не хотело принимать то, что он променял семью на эту простушку без роду и племени. Где был мой Виталий из семьи интеллигентов, с его знанием английского, музыки, этикета и где была она, третья дочь потомственных рабочих завода, живущая на стипендию в общежитии? Это идиотское утверждение, что родители знают, что нужно их детям, работает, когда этим детям от трех до пяти лет. Потом оно просто ложное. Нельзя лишать детей детства, заставляя их изучать языки, учиться музыке, нельзя выбирать за них. Можно помочь в выборе, но не давить. А уж когда влюбился, надо отойти в сторону и не наломать дров. А я получается, не только давила, но и много дров наломала. Чего я добилась? Сын поступил так, как велело ему его сердце, а я разбила не только свое, но и его. Что мне мешало смириться и принять его выбор? Мы не общались пятнадцать лет из-за моей ошибки. Первые пять лет молчала я, остальные десять молчал он. Мы прилетали в город дважды, но общения сводились к коротким диалогам, он все время был занят или куда-то спешил. Я поняла, что он нас просто избегал. Он не принимал от нас помощи, и узнавала я о его жизни от сестры мужа. С ней он поддерживал связь, она помогала ему и в трудные моменты, и в серые будни. За эти пятнадцать лет, я Бога молила, чтобы он влюбился, женился и создал семью, и тогда, возможно, простил бы меня. Он прилетел к нам впервые, когда уже жил в Москве. Прилетел на день, чтобы поздравить отца с шестидесятилетним Юбилеем. Он не сообщал нам, что женился, что у него родилась дочь, и о предстоящей операции сообщил, когда уже был в клинике. Я впервые за долгие годы увидела, как он искренне улыбается и с какой нежностью говорит о Марине, когда она прилетала с Лизой. С этого момента, я поняла, что это и есть мой единственный шанс, чтобы как-то наладить отношения с сыном. Когда человек счастлив, он реже вспоминает прошлые обиды. Это ни его болезнь нас помирила, а его большая любовь к Вашей дочери. Ему, да и нам, очень повезло с вашей семьей. Вас много и вы все разные, но это не мешает, а делает вас одним целым. Мне впервые за эти годы так легко и спокойно. Наши отношения не стали прежними, мы все очень изменились, но они стали не менее теплыми и родственными. Рождение Андрея сделало нас ближе.
