Она соблазнительно улыбнулась:
— Я Карлотта де Леон. И если вы не поцелуете меня сейчас же, сеньор Рейвенскрофт, то мне придется прибегнуть к особым мерам.
— Мне стоит подумать над вашим требованием.
Каролина опустилась на кровать и сверкнула глазами.
— Лучше не думать, а целовать.
— Но я не могу, Я честный, порядочный мужчина и никогда не нарушу своих брачных клятв.
Каролина выпрямилась.
— Я уверена, твоя жена простит тебя.
— Каролина? — Он покачал головой. — Никогда. У нее дьявольский темперамент, и я боюсь ее.
— Нельзя говорить о ней такими словами.
— А ты для шпионки что-то слишком щепетильна.
— Я не обычная шпионка, — пожала плечами Каролина.
Блейк прикусил губу, чтобы не рассмеяться.
— Ты, как я понимаю, испанка?
Она приподняла руку в салюте.
— Да здравствует королева Изабелла!
— Угу. Тогда почему ты говоришь с французским акцентом?
Каролина нахмурилась и сказала своим обычным голосом:
— Что, правда с французским?
— Да, но это был отличный акцент, — солгал он.
— Мне никогда не приходилось встречать испанцев, да, честно говоря, и французов тоже.
— Не может быть!
— Перестань подшучивать. Я просто хотела тебя развеселить.
— И преуспела. — Он взял ее за руку и провел большим пальцем по ладони. — Каролина, я хочу, чтобы ты знала: ты сделала меня очень счастливым.
Ее глаза подозрительно заблестели.
— Почему эти слова звучат как прелюдия к чему-то скверному?
— Нам надо обсудить несколько серьезных вопросов.
— Это касается завтрашнего ареста Оливера?
Он кивнул.
— Я не хочу лгать тебе и говорить, что это неопасно.
— Знаю, — тихо сказала Каролина.
— Когда Пруитт узнал о нашем браке, пришлось изменить планы.
— Что ты имеешь в виду?
— Мортон — глава военного министерства — собирался послать нам в помощь нескольких человек. Сейчас он не может этого сделать.
— Почему?
— Мы не хотим, чтобы Пруитт начал что-то подозревать. А это непременно случится, если ко мне заявится десяток солдат.
— Почему они не могут замаскироваться под слуг? Разве не этим занимаются все в военном министерстве?
— Не волнуйся, дорогая. У нас есть помощники.
— Четырех человек недостаточно! Ты же не знаешь, сколько сообщников у Оливера.
— Судя по его записям, тоже четверо. Наши силы равны.
— Я не хочу, чтобы ваши силы были равны. Ты должен быть сильнее его!
Блейк потянулся, чтобы погладить Каролину по голове, но она отстранилась.
— Каролина, — сказал он, — я ничего не могу поделать.
— Нет, — сказала она с вызовом, — можешь.
Блейк молча смотрел на нее, ожидая продолжения.
— Что ты имеешь в виду?
— Я поеду с тобой.
Он резко выпрямился.
— Ни за что!
Каролина соскочила с кровати и воинственно подбоченилась.
— Я единственная из вас смогу опознать этих людей.
— Ты не поедешь с нами, и это мое последнее слово.
— Блейк, подумай хорошенько.
Блейк встал.
— Неужели ты думаешь, что я сознательно стану подвергать тебя опасности? Даже на минуту? Побойся Бога, женщина, тебя могут убить.
— Так же как и тебя, — тихо ответила Каролина.
Если он и слышал ее слова, то не подал виду.
— Я не собираюсь повторять ошибки прошлого, — сказал он. — Если понадобится, я привяжу тебя к кровати, но завтра вечером ты и шагу не ступишь из дома.
— Блейк, я отказываюсь оставаться в Сикрест-Мэнор, грызя от волнения ногти и гадая, жив ли мой муж.
Он взъерошил волосы.
— Я думал, ты ненавидишь эту жизнь, полную опасностей и интриг. Ты твердила мне что-то похожее, когда мы обыскивали Пруитт-Холл. Почему, черт побери, ты хочешь снова впутаться в подобное дело?
— Я действительно ненавижу такую жизнь! — закричала Каролина. — А ты знаешь, на что похож страх? Такой сильный, что сжигает тебя изнутри?
Он на мгновение прикрыл глаза.
— Сейчас я знаю.
— Тогда ты поймешь, почему я не могу сидеть здесь и ждать. Не важно, что я ненавижу твою работу. Не важно, что я напугана. Это ты понимаешь?
— Каролина, я мог бы взять тебя, если бы ты прошла специальное обучение. Если бы знала, как стрелять из ружья и…
— Я умею стрелять.
— Я пытаюсь сказать тебе, что если ты пойдешь со мной, то я не смогу думать только о задании. А если я буду волноваться о тебе, то скорее всего допущу промах и получу пулю в грудь.
Каролина прикусила нижнюю губку.
— Да, это веский аргумент.
— Слава Богу! — в голосе Блейка звучала усталость. — Значит, мы договорились?
— Нет, я же действительно могу помочь.
Схватив Каролину за руку, он заставил ее посмотреть себе в глаза.
— Ты нужна мне здесь, Каролина. В безопасности.
Каролина увидела в серых глазах мужа то, что никак не ожидала увидеть, — отчаяние. И она приняла решение.
— Хорошо, — прошептала она. — Я останусь дома, но учти: против своей воли.
— Спасибо, — прошептал Блейк, но Каролина так и не поняла, говорил он это ей или Богу.
Следующий вечер был самым ужасным в жизни Каролины. Блейк и Джеймс ушли сразу после ужина, еще до сумерек.