Мимоходом, рассматривая стоящую передо мной девушку, я поймала себя на мысли, что она мне кого-то напоминает... Присмотревшись внимательнее, я остановилась. Повернувшись всем корпусом к красивой астарнианке, я, не думая долго, дотронулась до её лица. Это чувство...будто мир на секунду замер, чтобы оставить вас наедине. Странно, но так осязаемо. И ощущение чего-то родного, близкого, как будто все твое существо тянется к ней. Бабушка, стоящая позади меня прерывисто вздохнула. А до меня, наконец, дошло, кто передо мной: потому, что смотрела почти в идентичное отражение себя. Только волосы, рост, и цвет глаз отличались. Те же черты лица, унаследованные мною от отца, видимо, точно так же, как и девушкой, что стояла напротив.
Амирра смотрела на свою сестру и поражалась. В них текла одна кровь, и они оказались так похожи, но в то же время отличались друг от друга, словно огонь и вода. Одни и те же черты лица, разрез глаз, губы, нос, подбородок - все было одинаковым. Они могли бы сойти за близнецов, и даже разница в возрасте не помешала бы их спутать, если бы не пепельный цвет волос Амирры и яркий цвет её алых глаз.
Когда чистокровная дотронулась до её лица, Амирра вздрогнула. То выражение неверия и странное чувство, что охватило её при встрече с сестрой, побудило сердце сжаться от тоски. Она никогда не была достойна теплых чувств со стороны своих близких, и надежда на то, что сейчас появился кто-то, способный подарить ей тепло ответ, заставила её поверить в чудо.
Амирра упала на колени. Девушка всхлипывала, и вцепившись в края платья чистокровной, словно одержимая, с надеждой смотрела ей в глаза.
Стоящий неподалеку Асамин, нахмурился, а капитан Клинков усмехнулся. Мужчины, уподобившись соляным статуям, молча наблюдали за дальнейшим развитием событий.
Но кроме их двоих, и целой толпы заинтересованных, была ещё Фачири, которая со странным выражением на лице, смотрела на коленопреклоненную девушку.
В это время, в душе пожилой женщины бушевал целый ураган эмоций. И скупая слезинка, сверкнувшая в глубине её глаз, так и осталась незамеченной.
Фачири прекрасно знала законы Астарна, и подозревала, что девушке нелегко пришлось. Незаконнорожденных на Астарне считали чем-то вроде изгоев, недостойных жить. Но, видя, как эта девушка похожа на её сына, Фачири почувствовала как сердце её дрогнуло от жалости к ней. Несмотря на богатые одежды и телохранителя, глаза полукровки выдавали её с головой. Одинока. Всеми брошена и не любима. Бедная девочка... жизнь жестока к таким как она. Но больше всего, Фачири боялась реакции Наитриль. Её девочка была внимательна. Наверняка, уже заметила свое сходство с ней...
А я в это время, чувствовала как во мне растет негодование. Это как же надо довести женщину, чтобы она с таким выражением на лице, на колени падала. Тем более, когда представила себя на её месте, вообще голову потеряла. Я и сама не заметила, как моя шевелюра начала стремительно темнеть, но это увидели другие. Охи и ахи со всех сторон, и расширившиеся глаза всех присутствующих Клинков и Асамина. Им уже было известно, чем грозит мое плохое настроение. Решив, что я зла на девушку, стоящую передо мной на коленях, Асамин подошел к ней и резко дернул за руку, заставив подняться. Ну а пощечина, последовавшая за этим, окончательно вывела меня из себя. Когда я увидела как этот гад, без причины ударил мою сестру на глазах у всех, моя ярость вылилась в злобный рык, и началось... Пока рыдающую астарнианку, заботливо поднимал с земли длинноволосый парень, я подлетела к Асамину, и так врезала ему по физиономии, что моя рука заныла.
Пораженный Верховный стоял напротив, и как рыба беззвучно открывал и закрывал рот.
- Если ты, ещё раз поднимешь на неё руку, я тебя прибью. Понял?
- Что?! - прорезавшийся голос Верховного, прозвучал ответным рычанием. А советники и слуги, поспешили покинуть место действия, чтобы не попасть под горячую руку правителя. Отойдя на безопасное расстояние, они смотрели издалека. Кроме нас двоих и отряда Клинков, остались ещё Фачири, и моя сестра, со своим безмолвным длинноволосиком.
- Чего ты свои грабли императорские распускаешь, говорю! - я уже орала, глядя в побелевшее лицо Асамина, с багровым отпечатком ладони на щеке.
- Она это заслужила! Да она вообще никто, я ударил её, потому что она - тебя разозлила!
- Нет! Это ты меня разозлил! Как вообще можно довести женщину до такого состояния?! Ты посмотри на неё?! Она же трясется от страха, вон, даже на колени упала! А ты её...ещё и ударил?! Зачем?! Ты что, садист?!
- Это ты - дура! Она всего лишь незаконнорожденная! Недоразумение, живущее во дворце из жалости. Ещё раз повторяю, она - никто! Нет ни одного астара, который станет её жалеть.
После слов Асамина, я уже плохо себя контролировала. Стиснув кулаки, я надвигалась на Верховного, напирая на него своей немаленькой грудью, и сверкая яркими глазами. в этот момент, я мечтала выбить всю дурь из его высокомерной головы. А пока мы ругались на чем свет стоит, бабуля обняла дрожащую девушку и о чем-то ласково с ней говорила.
