В погоне за Одином полностью

Тур. Похоже, шведские ученые больше доверяют Снорри как историческому источнику, чем некоторые у нас, в Норвегии. Однако давай вернемся к Снорри.

Снорри: «Ньёрд женился на женщине, по имени Скади. Но она не захотела жить с ним и вышла потом замуж за Одина. У них было много сыновей. Одного из них звали Сэминг. О нем сочинил Эйвинд Погубитель Скальдов такие стихи:

К Сэмингу возводил свой род ярл Хакон Могучий[76]. Эта Швеция называлась жилищем людей, а Великая Швеция называлась жилищем богов. О жилище богов есть много рассказов»[77].

Пер. Это также важно. Ведь из «Эдды» Снорри мы знаем, что именно Сэминга взял с собой Один, когда отправился дальше на север, к морскому побережью — в Норвегию. Мы знаем также, что ярл Хакон Могучий ведет свой род от Сэминга. Таким образом, не только Снорри утверждает, что Один был прародителем северных конунгов.

В нашей книге «Без границ» мы уже разбирали «Сагу об Инглингах», однако этот материал в качестве источника имеет такое решающее значение для изучения Одина и его рода, что мы позволим себе повторить кое-что, снабдив это новыми комментариями.

Снорри: «Один умер в Швеции от болезни. Когда он был при смерти, он велел пометить себя острием копья и присвоил себе всех умерших от оружия. Он сказал, что отправляется в жилище богов и будет там принимать своих друзей. Свеи решили, что он вернулся в древний Асгард и будет жить там вечно. В Одина снова стали верить и к нему обращаться. Часто он являлся свеям перед большими битвами. Некоторым он давал тогда победу, а некоторых звал к себе. И то, и другое считалось благом. Один был после смерти сожжен, и его сожжение было великолепным. Люди верили тогда, что, чем выше дым от погребального костра подымается в воздух, тем выше в небе будет тот, кто сжигается, и он будет тем богаче там, чем больше добра сгорит с ним.

Ньёрд из Ноатуна стал тогда правителем свеев и совершал жертвоприношения. Свеи называли его своим владыкой. Он брал с них дань. В его дни царил мир, и был урожай во всем, и свеи стали верить, что Ньёрд дарует людям урожайные годы и богатство. В его дни умерло большинство диев. Все они были сожжены, а потом им приносили жертвы. Ньёрд умер от болезни. Он тоже велел посвятить себя Одину, когда умирал. Свеи сожгли его и очень плакали на его могиле»[78].

Тур. Сам Один, по его собственным словам, умер плачевной смертью, а за ним все дии и жрецы. Для мужчин не было ничего хуже, как умереть своей смертью, а не пасть на поле боя, сражаясь за своего конунга. Однако Снорри совершенно ясно заявляет, что Одину еще при жизни удалось заполучить для себя и своих жрецов место в мире скандинавских богов, а затем он быстро возвысился и поднялся на вершину божественной иерархии.

Мой тезка, громовержец Тор с молотом, даже не упоминается ни на родине Одина, к востоку от Черного моря, ни среди его спутников в Швеции. Единственный Тор, который вообще упомянут в королевских сагах Снорри, — это один из верховных жрецов, получивший в дар хутор Трудванг, когда Один с разрешения Гюльви раздавал своим двенадцати жрецам владения в Швеции. Тор, пришедший вместе с Одином, был не богом, а только жрецом.

Пер. Так, может быть, Один верил в Тора?

Тур. А в кого же еще ему было верить? Он знал, что его дии, которых он представил в виде богов, были обычными смертными, такими же, как и он сам. Вскоре после смерти предводителя асов Одина умер и его первый заместитель — принятый асами в свой род хёвдинг ванов Ньёрд.

Снорри: «Фрейр стал правителем после Ньёрда. Его называли владыкой шведов[79], и он брал с них дань. При нем были такие же урожайные годы, как и при его отце, и его так же любили. Фрейр воздвиг в Уппсале большое капище, и там была его столица. Туда шла Дань со всех его земель, и там было все его богатство… Тогда были урожайные годы во всех странах. Свеи приписывали их Фрейру. Его почитали больше, чем других богов, потому что при нем народ стал богаче, чем был раньше, благодаря миру и урожайным годам. …Фрейра звали также Ингви. Имя Ингви долго считалось в его роде почетным званием. И его родичи стали потом называться Инглингами. Фрейр заболел, и когда ему стало совсем плохо, люди стали совещаться и никого не пускали к нему. Они насыпали большой курган и сделали в нем дверь и три окна. А когда Фрейр умер, они тайно перенесли его в курган и сказали свеям, что он жив, и сохраняли его там три года. Все подати они ссыпали в курган… Когда все свеи узнали, что Фрейр мертв, а благоденствие и мир сохраняются, они решили, что так будет все время, пока Фрейр в Свитьоде, и не захотели сжигать его, и назвали его богом благоденствия, и всегда с тех пор приносили ему жертвы за урожайный год и мир.