— К несчастию, я никогда ей не нравился! — вздохнул Уильям. — Наверное, Провидение так напоминает мне о тех неблаговидных поступках, которые я совершил, пойдя против совести. Я покинул отчий дом без родительского благословления, я ввязался в сомнительное предприятие и ступил на тропу разбоя… Единственная отрада в моей жизни — это любовь Элейны, но и с ней мне вряд ли удастся теперь свидеться! Вы правы, Фрэнсис, я думаю обо всем этом непрерывно и не знаю, как мне вырваться из этого заколдованного круга. Прошу правильно меня понять, я испытываю к вам безграничное уважение и благодарность, но…
— Занятие каперством не для вас? — подсказал Кроуфорд.
— Пожалуй, так. Мне кажется, этот путь… м-м…
— Путь греха, вы хотите сказать? — подхватил Кроуфорд. — Но с этим можно поспорить. Многие из тех, кто шел этим путем, заслуживали милость высочайших персон. Например, сэр Фрэнсис Дрейк. Или сэр Уолтер Рэли…
— Мне кажется, Рэли отрубили голову? — не совсем уверенно произнес Уильям.
— Да, но перед этим он был главным фаворитом королевы, — небрежно заметил Кроуфорд. — Впрочем, я не об этом хотел с вами поговорить, хотя сэра Уолтера Рэли разговор коснется весьма близко… Как вы полагаете, что я искал на Барбадосе в ту ночь, когда мы с вами так мужественно вырвались из засады?
— Понятия не имею, — пожал плечами Уильям. — Предпочитаю не вникать в чужие секреты.
— В некотором роде это будет теперь наш общий секрет, — сказал Кроуфорд. — Если не возражаете, конечно.
— Если вы считаете, что я должен быть в него посвящен…
— Думаю, что вас это заинтересует. Так вот, я искал там карту. Карту, указывающую, где спрятан клад испанцев. Это те сокровища, которые были награблены конкистадорами в Мексике и на Юкатане. Они много раз меняли владельцев, перепрятывались и снова находились, но никак не могли покинуть тех краев, где были захвачены. Молва утверждает, что до этих сокровищ добрался сначала Дрейк, но, решив ни с кем не делиться, потерял все, а потом, в поисках мифического Эльдорадо, на них случайно набрел сэр Уолтер Рэли… Он не сумел воспользоваться ими. Не знаю, что ему помешало, Уильям, но, говорят, эти сокровища охраняют злобные индейские божества, а приглядывают за ними волшебные черепа… Одним словом, Рэли нашел эти сокровища и сумел переправить их в иное место, составил карту и погиб. Как вы правильно заметили, ему отрубили голову. Возможно, король что-то заподозрил. Ведь Рэли тоже не хотел ни с кем делиться.
— И эта карта у вас?! — пораженно спросил Уильям.
— А чему вы удивляетесь?
— Но откуда? Как вам удалось ее добыть?
— Откровенно говоря, мне не пришлось прикладывать для этого никаких усилий. Я случайно обнаружил эту карту в бумагах покойного капитана Уолтера.
— Но где вы взяли эти бумаги, Кроуфорд?
— Так ли это важно, Уильям? Главное — карта у нас. И давайте договоримся, что вы будете все-таки называть меня Веселым Диком, хотя и это имя таит в себе нынче большую опасность. Черный Билл уже на Тортуге, и встреча с ним для нас крайне нежелательна.
— Черный Билл на Тортуге?! Вы это точно знаете? А ему про нас известно?
Кроуфорд погладил собаку по мохнатой спинке, и на его тонких губах заиграла усмешка.
— Думаю, на таком убогом клочке суши нелегко сохранить свое появление в тайне, — сказал он. — Тем более здесь пришвартована «Голова Медузы».
— Что же нам делать?! — Уильям с досады даже стукнул кулаком по столу. — Едва выпутались из одной передряги, и тут же новая напасть! У Черного Билла втрое больше людей и сорок пушек на борту!
— Не принимайте все близко к сердцу! Взгляните на это с другой стороны — вы же отправлялись сюда за приключениями: теперь их у вас более чем достаточно. Конечно, всегда есть опасность подцепить заряд свинца или удар клинка в спину, но ведь в этом и заключается, собственно, прелесть нашей беспокойной жизни! И все не так уж безнадежно, как представляется вам, Уильям. На Тортуге действует что-то вроде неписаного закона о временном перемирии — никто никого здесь не убивает. Конечно, это правило нарушается время от времени, но мы будет надеяться на лучшее.
— Ничего себе! На лучшее! И как назло, при вас бесценная карта! Если Билл пронюхает о ней, то…
— Откуда ему знать, — махнул рукой Кроуфорд. — Черный Билл, в сущности, примитивный тип. Он склонен к некоторой театральности, но ему не хватает фантазии. Меня он будет искать, но вовсе не из-за карты, а из первобытного чувства мести. Это не значит, что нам можно ни о чем не беспокоиться. Но, в конце концов, меня есть кому проводить в страну мертвых, — он опять усмехнулся и ласково потрепал собачку, которая в ответ на ласку чрезвычайно оживилась и полезла ему на грудь, норовя лизнуть в лицо. Уильям чуть не сплюнул, глядя на такое. — Вам тоже стоило бы раздобыть это чудесное животное… Тогда бы вы могли совершенно не беспокоиться о своей судьбе на том свете.
— Нет уж, благодарю! Я пока и на этом себя совсем неплохо чувствую.
