Из опыта общения с криминалом я сделал вывод: мне повезло, что у меня есть работа и дом. И еще четко усвоил, что быстрых и легких денег не бывает. Деньги надо зарабатывать тяжелым трудом. Я жил в Сан-Франциско уже пять лет, но так и не смог накопить на машину. У Шерри был ее старый Datsun. Помимо машины мы перемещались на общественном транспорте, который в Сан-Франциско был очень удобным. По утрам на работу меня подвозила коллега по имени Латрелл Хаммонд.
У нее был побитый Ford Falcon 1961 года выпуска. Латрелл была напористой женщиной; она много говорила, постоянно учила жизни и вообще могла продать кому угодно что угодно, включая собственную рубашку на теле.
Мы с ней были исключительно друзьями. Она была знакома с Шерри, и их связывали дружеские отношения. Латрелл искренне желала нам с Шерри счастья. У нее был отлично подвешен язык, и она болтала без остановки. Мы постоянно опаздывали на работу, но она всегда находила оправдание и поворачивала дело так, что нас никто не винил. Я запрыгивал в ее автомобиль, в котором не было ремней безопасности, а она, не закрывая рта, красилась, курила, пила кофе и вела машину одновременно.
Она часто создавала опасные ситуации на дороге, и я, сидя в ее автомобиле, молился вслух:
– Господи, не дай мне кончить жизнь в этой машине!
Если мы попадали в «зеленую волну», то приезжали на работу вовремя, но если торчали перед красными светофорами, то опаздывали. Я даже не объяснял ждущим меня интернам причину своего опоздания, а она каждый раз придумывала новую, и все это ей сходило с рук.
Шерри была совершенно другой. Насколько я знаю, она всего лишь раз вышла из дома несобранной. Когда она вечером вернулась домой, призналась, что у нее с ногами что-то не так.
– А в чем проблема? – спросил я.
– Что-то с лодыжками, – объяснила она.
– С лодыжками? – удивился я.
– Да, весь день лодыжки подворачиваются. Не понимаю, в чем дело.
Я все-таки занимался медициной, и мне стало интересно.
– Дай посмотрю, – предложил я.
Я осмотрел ее лодыжки и не заметил ничего необычного. Но потом понял причину. У Шерри было много пар обуви, которую она хранила в корзинах в спальне. Видимо, утром второпях она не обратила внимания, что взяла по туфле из разных пар. Мы потом долго смеялись, потому что ей не были свойственны такие оплошности. Я это рассказываю к тому, что она всегда была очень собранной.
Накануне моего дня рождения у нас с Шерри произошел серьезный разговор. Тогда мне должно было исполниться двадцать шесть лет. Разговор этот касался моих планов: я передумал учиться на врача.
– Но почему? – удивлялась она. – Ты же столько сил положил на это…
Я объяснил ей, что потерял интерес, потому что и так стал профессионалом. Чтобы заниматься тем же самым, но с дипломом, мне потребуется еще десять лет. Кроме этого, возникли и другие сложности, о которых я рассказал Шерри. Дело в том, что незадолго до этого со мной переговорил доктор Эллис и рассказал мне об изменениях, которые грядут в платной медицине.
– Крис, – сказал доктор Эллис, – тебе еще раз стоит обдумать, хочешь ли ты быть врачом, потому что сейчас ситуация изменилась.
В то время начали разрабатывать различные виды страхования здоровья, предоставляющие неограниченный доступ к медицинским услугам, которые позже получили широкое распространение. Как показало время, доктор Эллис справедливо считал, что в ближайшие десятилетия хирург будет получать за операцию не тысячи, а несколько сотен долларов. Новые медицинские страховки не только снизят стоимость операции, но и будут продвигать нехирургические методы лечения, а также установят фиксированные тарифы и предельные цены на хирургические вмешательства. Боб Эллис сказал, что верит в меня, потому что у меня есть талант и масса энергии, а самое главное, у меня есть желание помогать людям.
В моей жизни мать однажды помогла мне сделать выбор, сказав, что Майлса Дэвиса из меня не получится. Я объяснил Шерри, что могу сделать карьеру в других отраслях медицины, например, в администрации, продажах, производстве медикаментов или страховом бизнесе. Я заверил ее, что начну рассматривать разные варианты.
После нашего с Шерри разговора я вздохнул с облегчением. Больше мне уже не надо было делать вид, что хочу стать врачом. Однако новость не обрадовала Шерри. Она выходила замуж за будущего студента и врача. Хотя она меня всегда поддерживала, у нее были все основания быть недовольной.
Я уже один раз изменил жене и решил, что больше этого не повторится. Вопреки разуму, все сильнее чувствовал, что наши жизненные пути расходятся.
Я всегда буду любить Шерри Дайсон. Она непросто была моей женой и открыла мне новые горизонты. Шерри оказала на меня не меньшее влияние, чем моя мать: укрепляла мою веру в себя и свои силы, заставляла меня постоянно поднимать планку и не останавливаться на достигнутом. Она никогда не делилась своими сомнениями относительно нашей семейной жизни и меня любила. В будущем Шерри суждено стать моим лучшим другом, но сейчас я причинил ей боль и заставил страдать.
