— Да, есть два маленьких долбленых каноэ. Сейчас рядом с ними остался Нафтали. Давайте поспешим, а то опять деньги за что-нибудь сдерут! Ума не приложу, зачем им здесь доллары?!
Профессор Шварц помог мальчишкам собраться, и они быстро отправились к реке. Там, на воде, покачивались две небольшие лодчонки. Когда мальчики и профессор погрузили в них вещи, лодки почти до половины опустились в воду.
— Значит так, — заявил Адольф Руфимович, — поедем по двое! Я и Геннадий сядем в одну лодку, а Борис и Нафтали — в другую. Держаться будем рядом. При малейшей опасности для любой из лодок помогаем друг другу. Все понятно?
— Конечно! — кивнули Борька, Генка и Нафтали.
Затем все аккуратно расселись на свои места. Первыми тронулись в путь Нафтали и Борька, профессор и Генка последовали за ними. Каноэ погрузились в воду почти до бортов. Это сильно нарушило их маневренность. Сначала сплавляться было очень сложно. Река была узкая, и всюду торчали коряги. Один раз лодка профессора и Генки чуть было не перевернулась. Но потом русло расширилось. Плыть стало легче. Только изредка профессору Шварцу и Нафтали приходилось маневрировать между огромными валунами, которые непонятно как оказались в воде. Таким образом наши герои сплавлялись весь день. К вечеру река стала еще шире, а ее течение спокойнее. Всюду кишела рыба, и Нафтали предложил порыбачить прямо с лодок. Он снял с себя рубаху, застегнул ее на все пуговицы и завязал воротник бечевкой, которую извлек из кармана коротких штанов. Затем он опустил рубаху в реку. Она тут же наполнилась водой и стала напоминать собой большой пузырь. Борька и Генка принялись подшучивать над подобным способом рыбной ловли, но, к их удивлению, несколько рыбин сами заплыли в импровизированный мешок. За какие-то полчаса Нафтали натаскал в лодку штук восемь крупных рыбин. Он радовался, как ребенок.
— Ну вот, на ужин рыбу будем жарить, — улыбаясь, говорил он.
Вечерело. Адольф Руфимович предложил пристать к берегу и подготовиться к ночлегу. Нафтали сказал, что чуть ниже по течению будет очень пологий берег. И действительно, минут через десять правый берег реки выровнялся и опустился почти к воде. Наши путешественники пристали к берегу и вытащили лодчонки на сушу.
— Пусть тут лежат, а то еще течение унесет, — заметил Нафтали.
Тем временем Генка и Борис набрали сухих веток для костра. Профессор было принялся за сооружение шалаша, но Нафтали произнес:
— Здесь недалеко есть хижина. В ней и переночуем!
После этого Адольф Руфимович и Нафтали принялись готовить ужин. Честно говоря, бананы и консервы всем порядком надоели. Так что жареная рыба была принята на ура!
Тем временем быстро темнело.
— Пора идти! — произнес Нафтали. — Завтра рано вставать.
Генка затушил догорающий костер, профессор и Борька прихватили из лодок вещи, и все отправились вслед за проводником. Тот углубился в лес. Минут через десять Нафтали вывел всех на небольшую поляну, в центре которой возвышалось толстое высокое дерево.
— Здесь, — сказал он.
Борис посветил вверх фонариком, и наверху и в самом деле оказалась небольшая хижина.
— Да, но как мы туда попадем? — спросил профессор.
— Сейчас, — сказал проводник.
Проворно, как обезьяна, он вскарабкался по стволу наверх в хижину и сбросил оттуда некое подобие лестницы. Это была толстая веревка с навязанными на ней узлами. По этой импровизированной лестнице путешественники кое-как поднялись наверх. Генка осветил хижину фонариком. Вдоль ее стен были обустроены две лежанки из соломы и крупных листьев. В центре стояли три бутыли, выдолбленных из тыквы. В них оказалась чистая питьевая вода.
— Это брошенная хижина, — заметил Нафтали. — Когда кто-то из рыбаков задерживается, он может остановиться здесь.
— Да, но тут только два лежака, — произнес Адольф Руфимович. — Как будем размещаться?
— Я буду спать на полу, профессор на одном лежаке, а мальчишки на другом, — предложил Нафтали.
— Ну нет, — заупрямился Борька. — Эти лежанки такие узкие, что вдвоем на одной никак не поместишься! Я тоже буду спать на полу, вернее, на рюкзаках, если вы не против.
