В поисках баронессы полностью

— В смысле — протокол изъят из дела, — хмуро отозвался Крио. — Знают это лишь двое. Тот, кто составлял протокол — и тот, кто попросил его изъять.

— Блейз и сам Гото, — протянула Агнес. — Не понимаю. На кой?! И почему вы мне это говорите?

— Я ведь говорил. По поводу скандала, который разразится, если обстоятельства дела вскроются и сделаются достоянием широкой общественности, — с упреком напомнил Крио. — А почему я говорю об этом вам, — он снова задумался. — Потому что вижу, как вы тревожитесь — и мне хотелось бы вас успокоить. Хотя бы в меру своих скромных сил. И я точно знаю — вы не станете звонить об этом на всех углах. Вам слишком дорога подруга. А еще, — он криво усмехнулся. — Потому что мы, чародеи воздуха, так-таки умеем чувствовать присутствие друг друга. И я точно знаю, что поблизости нет никого, кто мог бы подслушать наш разговор с расстояния большего, чем обычно требуется для подслушивания.

Агнес закашлялась, недоверчиво глядя на него.

— А… маги воздуха могут такое, да? — она запнулась.

— Ну, не можем ведь мы быть совсем бесполезными, — Крио пожал плечами. Усмехнулся саркастически.

— Зачем вы так, — укорила Агнес. — По нынешним временам — вы неслабый маг.

— Если только по нынешним, — хмыкнул он насмешливо.

Повисло неловкое молчание. Агнес наполнила шоем опустевшие чашки. Отпила глоток, пока настой был горячим. Аромат поднимался умопомрачительный. Можно понять, отчего журналист пристрастился к этому напитку!

— Вы могли бы сделать карьеру шпиона, — заметила она со смешком, не выдержав тишины.

— Едва ли, — он встряхнулся. — От таких, как я, существуют способы защиты. Уж те, кто ведет по-настоящему секретные разговоры, знают об этой особенности магии воздуха.

— Я редко сожалею, что покинула когда-то академию прежде времени, — медленно проговорила Агнес. — Сейчас — как раз один из таких случаев.

— А почему вы ее покинули? — залюбопытствовал Крио.

Она смутилась, опустила взгляд в столешницу. Гиены! Ну не рассказывать ведь ему, в самом деле, ту историю. А журналист, как назло, глядит так заинтересованно — аж неловко игнорировать вопрос.

— У меня был мизерный дар, — неохотно отозвалась она. — Да, я поступила на отделение артефакторики — так что за бездарность меня бы не выперли. Вполне возможно, я без проблем доучилась бы до конца. Да вот беда: сфера артефакторики в Маноре давно и полностью поделена между серьезными опытными магами. Мне попросту не нашлось бы среди них места. Так что на службу я могла не рассчитывать. Я никому не была бы нужна там!

— Но ведь вы стали признанным атрефактором королевства, — удивился он.

— Только потому что ни на что не претендовала в самом начале, — Агнес усмехнулась. — Я открыла магазинчик бытовых артефактов. Простых, мелких, не требующих особой силы или тонкого мастерства — для простых людей. Для тех, кому не нужны особые редкости.

— Я понимаю, — он кивнул. — Отпугивание крыс и насекомых. Нагрев, охлаждение и замораживание. Брелоки, чтобы можно было легко отыскать нужную вещь. Распугивание духов, дурных сил, скверных снов.

— Да. Все то, что слишком мелко и незначительно для мужчин-артефакторов, — она грустно улыбнулась. — Я не стремилась искать новые формулы заклинаний и снадобий, не пыталась ловить и исследовать духов и потусторонние сущности. Не мечтала создать какое-нибудь непобедимое оружие. Просто мелкие дешевые бытовые предметы, которые нужны простым людям здесь и сейчас. Каждый день — чтобы повседневная жизнь была чуточку удобнее и проще. Которые по карману честному горожанину. Рабочему или мелкому лавочнику.

— И чем это помешало вам закончить академию?

— Ну, это же очевидно. На открытие магазина, на получение разрешения нужны деньги. Отец ни за что не выделил бы средства на такое. Да он мечтал выпихнуть меня замуж, едва я закончу академию! Его чуть удар не хватил, когда он узнал, что за финт я провернула.

— А деньги, — Крио нахмурился.

— Он внес оплату за мою учебу. Но, если студент оказывается бесталанен, и его выгоняют за это в течение первого месяца — почти три четверти заплаченного возвращают. Мне тогда исполнилось уже двадцать лет. Совершеннолетие. И я упросила отдать эти деньги мне лично в руки. А не переправлять их отцу.

— Неплохой ход! И… исключить вас так своевременно вы тоже упросили?

— Пришлось, — она развела руками. — В конце концов, откуда руководству академии было знать о моих затруднениях с отцом?

— Поразительно, как ректор пошел на такое, — задумчиво отозвался Крио. — Я знаю его, как крайне осторожного и щепетильного человека.

Ну, это вполне возможно.

Агнес опустила голову. Комментировать последние слова она не хотела. Если Крио вдруг захочет — сможет поднять бумаги восьмилетней давности. В конце концов, ничего секретного в тех данных нет. Сама она не желала объяснять, что учиться под руководством его светлости ректора академии, бессменно занимающего свой пост вот уже почти два десятка лет, ей не довелось.

Не то, чтобы она особенно переживала — что журналист подумает о ней. Просто не хотелось ворошить прошлое. По меньшей мере, дважды потерявшее всякое значение.