– «Что же, если Бог, желая показать гнев и явить могущество Своё, с великим долготерпением щадил сосуды гнева, готовые к погибели, дабы вместе явить богатство славы Своей над сосудами милосердия, которые Он приготовил к славе». (54)
– Да уж, приготовил… Не знаю даже, что и сказать.
– А ты подумай вот о чём. Моего друга Петра распяли головой вниз. Моего брата Иакова побили камнями. Одиннадцать из двенадцати моих апостолов были убиты. Некоторых сожгли на костре. С других живьём содрали кожу. Сварили в масле. Стефана побили камнями. Павла обезглавили в римской тюрьме.
Я сделал протестующий жест.
– Хватит! Иначе я просто сойду с ума.
– Меня предал один из Моих ближайших друзей, Меня избивали римскими плётками, а Мои друзья стояли и молча наблюдали за происходящим, Меня избили до такой степени, что Я перестал походить на человека, потом распяли, а собравшаяся толпа издевалась, в Меня плевали, а потом пронзили грудь копьём.
Мне больно слушать всё это. Я обхватил голову руками, стараясь не расплакаться.
– Как думаешь, когда Иосиф понял истинные мотивы, двигавшие Мною? – спросил Он, глядя куда-то вдаль поверх моей головы.
Я вытер нос рукавом рубашки.
– Думаю, когда его братья явились к нему и стали просить зерна.
– Что, по-твоему, ему потребовалось, чтобы всё понять правильно?
Ответ мне был известен, но не хотелось оглашать его вслух.
Но Он настаивал.
– Так отвечай же.
– Доверие.
Он открыл Евангелие от Иоанна. Стал зачитывать слова, выделенные красным.
– «Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь: Я победил мир» (Ин. 16:33). – После чего ткнул пальцем в слово «скорбь». – Теперь понятно?
– Да, Господи.
– На греческом это слово пишется так: thlipsis. Означает «давление, насилие, стресс, страдания, боль, напасти всякого рода, бедствия, превратности судьбы, удары судьбы, притеснения и гонения, неприятности и огорчения». Словом, всё очень схоже с тем, как давят виноград или выжимают прессом масло из оливок. – Он немного помолчал. Но я уже заранее понял, о чём Он спросит меня сейчас. – Ты помнишь, где Меня схватили стражники?
– В саду, там, где давят оливы.
– Теперь представляешь себе всю картину в целом?
