Я сижу на переднем сиденье, слушаю, как молятся мои близкие, и чувствую, как уходит прочь моя злость. Их слова снимают её с моей души слой за слоем. Словно куски краски с капота «Бьюика». И в тех местах, где краска уже облезла полностью, я начинаю «видеть» и «понимать» нечто более глубокое, чем моя собственная боль. Получается, что все обещания Господа – истинные. Не могу объяснить, как именно приходит ко мне осознание этого. Быть может, на уровне ДНК, не иначе. Именно тогда, в тот момент, сидя в своей машине, я в полной мере осознал, что Господь сделал правду Своей истины правдой и для меня. И вместе с этим открытием вдруг пришло желание простить. Скорее всего, верьте мне, это желание исходило не от меня. И сейчас оно по-прежнему исходит не от меня.
– Господи, Ты был вместе со мной в машине.
– И что? – тыкает Он меня в бок.
Я в смущении отворачиваюсь от Него.
– Это чувство близости с Тобой оставалось во мне на протяжении нескольких дней.
– А что изменилось потом?
– Я сам.
– Итак?
– Итак, не могу обещать, что завтра мы снова не окажемся здесь, на прежнем месте.
– Ты хочешь сказать, как вчера?
Я слегка пожал плечами.
– Вижу, это Тебя не так уж и волнует.
– Ничто в тебе не волнует Меня. (85)
– Мы сейчас смотрим на того прежнего «меня»?
– Ты совершенен. (86)
– А Ты Сам не устал от всего этого?
– От чего «этого» я должен, по-твоему, устать?
– Ну, иногда кое-что всё же раздражает, разве не так?
– Последних полтора часа мы с тобой провели в разговорах. Говорили начистоту, без обиняков. Ты был, как Мне показалось, предельно честен. И ты позволил забрать из твоей души кое-какой хлам, то, что хочет тебя убить.
– А Ты не устал от всех этих разговоров со мною?
– «Вечный Господь Бог, сотворивший концы земли, не утомляется и не изнемогает». (87)
– У Тебя на всё готов ответ.
– Я ведь придумал и вопросы. (88)
– Тогда я говорю Тебе прямо сейчас, что завтра снова увижу Тебя.
– Чарльз.
– Да, Господи?
– Я буду ждать.
– «Пути Мои выше путей ваших». (89)
– «Как высоко небо над землей, так велика Милость Господа». (90) Кстати, о том, что велико. – Он ткнул пальцем в мою рану. – Сильно болит?
На сей раз наружу не вышло ни капли гноя.
– Уже получше.
– Доверяешь Мне?
Какую-то долю секунды я колебался с ответом.
– Да, доверяю.
– Но что-то тебя явно беспокоит. Я прав?
– Почему Ты всё время задаёшь мне вопросы, если Тебе уже и так известен ход моих мыслей?
– Даю тебе шанс сказать Мне правду.
– Зачем?
– Потому что это сделает тебя свободным. Помнишь у Иоанна? «Истина сделает вас свободными». (91)
