Видеть — мыничего не видели, но могли прекрасно слышать сквозь отверстие прикрытое гобеленом. Надо будет в нем, отверстие соорудить для обзора. Отец узнает — убьет!
Я, пытаясь устроиться поудобнее, оперлась на ногу Лайя. Еще слегка подвинулась, устраиваясь покомфортнее и готовясь к долгому засидания. Танн завозился сзади, чусть раздвинув колени, в которые упиралась моя спина. Я провалилась между его ног. Выползла вперед. Так, на всякий случай. Придвинулась ближе к эльфу. Снова завозился дракон с дамами, придвигаясь ближе к нам, что бы лучше слышать. Мы все еще копошились. Лично я ровно до того момента, пока эльф не прошептал мне на ухо, обжигая горячим дыхание:
— Лиа, мне, конечно о-очень приятно, но я хочу быть уверенным, что ты имеешь именно это в виду, — я недоуменно повернулась к парню. Я не уверенна, что он понял суть моей возни, но все же пояснил: — Там у меня не совсем нога.
И тут я поняла! Резко отдернув руку, смущенно прошептала: «Извини».
О-о-о! А чем тогда в меня упирается Танн?! Я и от него отодвинулась, поминая троллей, их матерей и все их недостатки!
Возня никак не прекращалась. Мне надоело, что меня со всех сторон пихают и не дают толком послушать, что говорят за стеной!
— Да тише вы! — зашипела я. — Если еще услышу хоть один звук, отправлю в обратный путь.
— А к вам можно присоединиться? — раздалось из-за стены. Даже мои слова не могли создать такую тишину, как только что произнесенные отцом Лайя.
Мы, кажется даже не дышали. Было даже слышно, как падают пылинки. Может все же не к нам относились его слова?
Но ждало меня жуткое разочарование!
— Лиа, выходи к нам, мы знаем, что ты там, за стеной, — разоблачил нас император.
Я так тихонечко уточнила:
— Всем? — я сразу почувствовала множество буравящих меня взглядов. Ах, да! Позвали-то только меня.
— А вас там много? — подозрительно уточнил император Сидиан.
— А сколько надо? — невзирая на тычки с этой стороны и хмык с той, спросила я.
— Лиа! Прекращай этот балаган и иди сюда. Со ВСЕМИ! — потребовал отец.
Я четко услышала, как несколько спутников заскрипели зубами, кто-то охнул, а Лай и Нар одновременно взяли меня за руки. Чтоб вам тролль спать не давал так же, как вы мне покоя не даете. Но вслух сказала смиренное:
— Да, папа.
Никто не принял моего разумного предложения подождать меня в комнате и мы все толпой ввалились в кабинет. Оба правителя слегка опешили от такого количества явившегося, пред их светлы очи, народа.
— Объяснись, — потребовал у меня отец.
— Я не могла находиться в безвестности…
— Об этом я и сам догадался. Почему вас столько? — я непонимающе посмотрела на отца.
— Ты же сказал со всеми…
— Ладно, — отец устало потер виски пальцами. — Мне нужны ты, Илдинар и Лайелиниэль. Остальные свободны.
Ребята между собой переглянулись и двинулись к выходу. Только они открыли дверь, как нос к носу столкнулись с моей мамой, держащей оторванный подол в руках и сердито шипящей. Все, мне теперь точно конец!
Гневное: «ЛИА!» — было прервано на полуслове, как только мать прошлась взглядом по моему внешнему виду. Затем, зачем-то, спрятала подол за спину и еще больше покраснела. Вздохнув несколько раз, обвела взглядом изумленных мужчин, пытающихся распознать тряпку за спиной матери. Пока дверь не закрылась, мать выкинула кусок платья в соседнее помещение. После этого Барток закрыл дверь.
Возникшую тишину прервала мать:
— Вы же не будете против того, что бы я поучаствовала в судьбе дочери?
Было видно, как хотелось возразить Граввлану, но он из последних сил сдержался. Но как тяжело ему было!
— Линиэль, можно попросить вас об одолжении и узнать не подслушивает ли нас еще кто-нибудь? — меня одарили многозначительным взглядом.
В ответ я скромненько потупилась. Неужели он думал, что я не вмешаюсь в устройство собственной судьбы?
— Никого, даже в соседней комнате.
— Хорошо. Теперь приступим к основному вопросу… — начал отец.
— Я не выразил всех претензий! — грозно сдвинул брови Линиэль.
О! Претензии! Очень, очень интересно! Какие у него ко мне претензии? Или я что-то натворить успела?
— Говорите, я вас слушаю, — кивнул император.
— Да его даже слушать нечего! — вскочил Граввлан. — У нас брак через два дня! И договоренность об этом была установлена чуть ли не с рождения вашей дочери!
И он почему-то очень зло посмотрел на меня. А я в чем виновата?! Все претензии к Богам! Они эту кашу заварили, они пусть и расхлебывают!
— Мы это уже слышали, — спокойно ответил отец. — Теперь выслушаем эльфийскую сторону вопроса.
Линиэль посмотрел на сына, затем в мои полные надежд глаза и обратился к слушающим.
