— Итак, рассказывай, — велела она.
Я приступила к повествованию. Её Величество слушала внимательно, не перебивая, не проявляя эмоций. Когда я дошла до сцены в храме, она еле заметно нахмурилась. Вскоре я закончила, умолчав о том, как Лой попал на примету к чернокнижникам.
— Нужно ли опасаться, что тьма вновь завладеет тобой, но в неподходящий момент? — это был первый вопрос. Что ж, как всегда, прагматично.
— Нет, совершенно нет. Тогда я вмешалась в ритуал, но я надеюсь, что нам впредь будет удаваться предотвращать такие случаи заранее.
— Хороший ответ, — похвалила королева. — Но дело ещё не закончено? — я кивнула. — Тогда советую разобраться с ним поскорее. Любыми методами, — подчёркнуто сказала она. — Я устала каждый день выслушивать, что натворили очередные мерзавцы. Я хочу пронзить каждое порочное сердце в этой стране, выжечь сами мысли о грехе.
Она замолчала. Я рискнула возразить:
— Не думаю, что это возможно. Каждый человек решает за себя сам.
— Человек склонен поддаваться соблазнам, и главари дьявольской шайки этим пользуются. Они должны быть уничтожены.
— Я сделаю всё, что в моих силах, Ваше Величество, — ответила я, прижав руку к груди и наклонив голову. — Но мне требуется время.
— Ступай.
Я присела в глубоком реверансе.
— Вы очаровательны, — сказал Лоинарт, взяв меня за руку. — Ещё лучше, чем всегда.
— Благодарю, Ваше Высочество.
Сам принц выглядел ничуть не хуже — на нём был элегантный бежевый костюм, красивая кремовая рубашка, высокие сапоги на небольшом каблуке. На манжетах и галстуке поблескивали запонки. И тот самый перстень с жёлтым бриллиантом на руке.
Светлые волосы идеально уложены, но не прилизаны, на висках — заколки, надо же. Интересно, а цвет лица натуральный или косметика? Хотя вряд ли лучший целитель Империи жалуется на проблемы с кожей.
Я благосклонно улыбалась, всем своим видом давая понять, что рада его вниманию.
— Надеюсь, вы хорошо отдохнули после дороги?
Вспомнив вчерашний вечер, проведённый с Аммайфом, я едва не покраснела.
— О да, великолепно. Правда, здорово вернуться в город из глуши?
— В глуши тоже есть свои прелести, можно сколько угодно оставаться в уединении, вдали от чужих глаз, — а вот с этим намёком принц поспешил. Или это я перестаралась с демонстрацией своего расположения? — Позвольте, я провожу вас к столу.
Тьфу, что за пошлости лезут в голову. Он просто предупреждал меня о большом числе гостей.
На вечер у нас с Сеаном были запланировано долгое обсуждение дел с управляющим и его помощниками. Что поделать, мне надо вникать в суть дел, потому что возиться с ними после совершеннолетия придётся мне. Иногда матриархат — не такая уж замечательная штука.
Мы просидели до полуночи. Сеан массировал руку — ему пришлось несколько часов ставить подписи на векселях, договорах, приказах и тому подобной макулатуре. Кто бы мог подумать, что за два месяца отсутствия может накопиться такая куча бумаг. Впрочем, всё самое срочное управляющий делал сам или отправлял почтой, а нам достались только какие-то нудные дела. Некоторые тянулись уже не первый год.
Когда эта пытка наконец-то закончилась, я с трудом добрела до своей комнаты и упала на кровать. Аммайф снял с меня одежду и заботливо укрыл одеялом.
Четверг. С утра меня снова ждала почта. После завтрака — занятия танцами, игрой на виолончели, риторикой и чем-то вроде экономики. На последний предмет отводилось столько же времени, сколько и на все остальные, вместе взятые.
Эх, каникулы кончились. Хорошо хоть сессии у меня не будет — этой нервотрёпки мне и в земной жизни хватило.
После обеда предполагалось снова разобрать почту (конца и края ей нет, пишут и пишут), и заняться магией. Этот предмет мне преподавали сразу три учителя.
Потом — ужин, на который соберётся множество людей, и их всех придётся развлекать. Но нужно собрать волю в кулак и старательно выполнить свои обязанности. И как леди Илайла умудрялась с таким расписанием ещё и какие-то дела проворачивать? Совсем же времени не остаётся.
Надежда на получение хоть какой-то новой информации о чернокнижниках возникла у меня только вечером в пятницу, когда пришло приглашение на бал.
В нём завуалированно упоминались некие личности, которыми сейчас увлекается весь высший свет. Неужели они надеялись, что это хорошая приманка для герцогини? Мда, плохо, когда разврат становится модой.
Или кто-то навёл на такую мысль? Конечно, что может быть проще — пустить слух, что я увлекаюсь всякими запрещёнными штучками. А люди доверчивые, всё принимают за чистую монету, да и что удивительного? Все знают, что подростки — они такие. Не любят правила.
Чуть прищурившись, я смотрела в окно на тусклые огни города. По мостовым шелестел дождь, приглушая далёкий лай собак. Изредка фонари высвечивали людей с зонтиками, где-то раздался отчаянный крик о помощи и тут же затих. Бедолаге не повезло оказаться не в том месте не в то время.
И ведь что с этим делать? Отследить напавшего из-за угла оборванца с перышком — почти невероятно. Хороший маг смог бы, но какой хороший маг станет заниматься такими пустяками?