Мёртвый уже около тридцати секунд мальчик докатился до меня. Я зажала его горло и принялась стягивать рану, попутно молясь, чтобы удалось. Но вот под рукой запульсировала жилка, мальчик судорожно вдохнул воздух и закашлялся. Ещё чуть-чуть, и я сама отключусь от эмоционального перенапряжения.
Мальчик открыл глаза, ничего не понимая. Я вздёрнула его на ноги и толкнула в спину, чтобы шёл наверх. Народ зашумел, не понимая, что происходит. Почему жертва вдруг ожила и снова поднимается по ступенькам?
Сверху покатилось ещё два тела. Вот и как мне их одновременно лечить? Но увидев двух очаровательных, хоть и побледневших, девчушек, я едва не расплакалась. Поймав их за волосы, я остановила падение. Хорошо хоть их мышцы расслаблены, переломов не так много.
Под ладонями стало горячо. Лечить одновременно двух — непростое занятие, Лоинарт бы гордился мной. Естественно, времени у меня ушло немного больше, но вскоре девочки встали и побрели наверх, не слишком понимая, где находятся.
Народ уже вопил. Жрец наверху застыл в нерешительности. Я тоже поднялась чуть повыше, чтобы перехватить следующее тело раньше. Оно не заставило себя ждать, чуть не сбив моих предыдущих пациентов, всё ещё медленно поднимающихся наверх, сверлящих почти безжизненными глазами убийцу.
Я вернула к жизни и этого юношу, заодно освободив его от верёвок. Жрец прекратил своё кровавое действо — не выдержало полное стереотипов сознание такого зрелища. Наверное, можно считать, работа выполнена.
Остальные жрецы и вовсе побросали свои инструменты и отшатнулись от предполагаемых жертв.
Последний оживлённый не растерялся, он схватил со ступеньки упавший нож и кинулся освобождать своих товарищей по несчастью. Я только диву далась, как быстро паренёк оклемался. Впрочем, я в каждого вбухала столько энергии, что у самой коленки тряслись.
Но зато как радостно видеть назревающий бунт против бунтарей.
Кто-то тронул меня за плечо и ласково прошептал на ушко:
— Великолепная работа. — Невидимые руки снова подхватили меня. — Теперь обещанный ураган.
Гигантскими прыжками жрец удалялся от храма. Мы приземлились на одной из колонн и стали лёжа наблюдать за происходящим. Молнии в небе слились в тхаомский символ гнева, и в следующий миг грохотнул такой раскат, что даже колонна под нами затряслась.
— Да, это именно та, которую ты разрушила, — напомнил жрец. — Поэтому ничего страшного, если от неё не поднимется столб смерча.
А вот от остальных… широко открыв глаза, я пыталась понять, как жрецу удалось провернуть подобное. Да, тут хочешь не хочешь, а проникнешься уважением.
— Красота! — прокричал Эттеа, но ветер почти заглушил его голос.
— Там же все умрут! — воскликнула я. Жрец замахал:
— Вовсе нет. Это всё иллюзия.
Я переключилась на магическое зрение, и удостоверилась, что смерчи над колоннами ненастоящие. Но всё остальное…
— А что жрецы?
— Перепугались, хвосты поджали. Куда им борьба со стихией, только и могут, что за спиной подлянки устраивать. Думаю, ближайшие лет пятьдесят можно не опасаться, что найдутся идиоты, возжелавшие власти верховного жреца. Разговоры о гневе богов ещё не скоро стихнут. Мне очень жаль, но те дети не выжили, жрецы их магией добили. На маленьких легко нападать.
— Подонки, — в ярости я запулила в храм небольшим огненным шариком.
— Это же идея! — обрадовался жрец. К смерчам на колоннах тут же добавились иллюзорные красные всполохи. Вместе с каплями дождя из туч полился огонь. — Вот теперь целый век не забудут!
Я смотрела за разворачивающимся действом. Выглядело красиво.
— Пара не хватает.
— Нет, тогда мы ничего не увидим, — возразил жрец. — Ты думаешь, хоть кому-нибудь внизу есть сейчас дело до достоверности?
Пришлось согласиться. Мы полюбовались зрелищем ещё несколько минут. Наконец с лица жреца исчезла восторженная улыбка:
— Может, им уже хватит?
— Вполне.
Огненный поток иссяк. По земле пополз туман, дезориентируя людей.
— Тогда можно идти. Дальше пусть сами разбираются, — Жрец выпрямился и отряхнул руки.
— Кстати, теперь они захотят тебя вернуть, но как они будут пытаться это сделать?
— Вот уж не знаю. Я с утра сам явлюсь в храм, пусть только попробуют не упасть передо мной ниц.
Да уж, я бы не рискнула.
***
Мы торжественно поднимались по ступеням храма, осыпаемые со всех сторон лепестками цветов. Люди кричали что-то во славу вернувшегося жреца, и лишь только один человек смотрел на Эттеа с неприкрытой ненавистью. Ага, неудавшийся верховный жрец, достаточно сильный маг, чтобы распознать во вчерашнем представлении фальшь. Но сделать с разбушевавшимся народом он всё равно ничего не смог.
Поднявшись наверх, Эттеа повернулся к толпе и начал традиционную речь. Затем ненадолго умолк и продолжил:
— Звезда Бохха вошла в созвездие Кардалуа! А значит, именно сегодня может сбыться древнее пророчество о приходе нового бога! И будет трепетать перед ним каждый. Но он придёт не один, а вместе с белыми людьми — его помощниками. — Народ внизу загудел, не проявляя радости. — Наши боги разгневались на нас, но Он защитит Тхаомир! Больше не будет человеческих жертв, больше не придётся воевать!