Какова она, магаданская мечта? Какова глубинная суть колымской мечты, которая так важна всей остальной России? Здесь продолжается великое освоение. Эти земли открывают России свои глубинные кладовые. Здесь, где витают сумрачные тени ГУЛага, совершается превращение тьмы в свет, безверия и уныния — в творчество и стремление к русской победе. Здесь золото, составляющее крепость и силу государства Российского, превращается из металла в драгоценные людские помыслы, в которых люди стремятся к братству, любви, справедливости. Здесь наша державная имперская мощь соткана из множества песен, языков, сказаний, демонстрирует своё восхитительное цветение. Здесь происходит преодоление жутких 90-х. И вот среди скелетов концлагерей, разрушенных поселений и фабрик возводятся новые посёлки, ставятся храмы, летят над лесами и сопками стальные журавли высоковольтных линий.
Колымская земля — та, о которой поэт сказал: «О, я хочу безумно жить: всё сущее — увековечить, безличное — вочеловечить, несбывшееся — воплотить».
Александр ПРОХАНОВ.
Сергей НОСОВ. Александр Андреевич, признаюсь, что, наверное, как и у многих людей, первая моя ассоциация с Магаданом — это песня «Я помню тот Ванинский порт». То есть всё вокруг угрюмое, всё нехорошо… К сожалению, мы зачастую плохо себе представляем, что такое наша страна. Сложились определённые стереотипы, и мы долго из них выходим, часто даже не хотим от них уходить. И это, наверное, серьёзная недоработка в информационном плане.
А вот сейчас, когда я здесь живу и работаю, эти ощущения начинают меняться.
Первое, что производит очень сильное впечатление, это природа, её сила. Энергетика здешних мест настолько мощная и сильная! Но она сегодня не использована, потому что энергетика закрывается сложившимся стереотипом: суровый, тяжёлый край. Хотя этот стереотип в чём-то правдив, если мы говорим про 30-е-40-е годы прошлого века.
Сильное впечатление производит и знакомство с людьми. Само восприятие края идёт через общение с людьми. Жизнь здесь нелегка по разным причинам, и эти причины чаще всего уходят корнями в прошлое. Есть обиженные люди, государством в том числе. У кого-то сгорели накопления. До 2000 года был закон о жилищном сертификате для жителей Крайнего Севера. И вот приходят люди, которые ждут этого сертификата по 40 лет, они очень болезненно воспринимают невозможность его получить, сложности с этим возникают, но удивительно: у 90 % этих людей нет злобы и чувства мести. У людей при всём том нет претензий к Советскому Союзу! Просто удивительно! Это уникальные люди, они и держат Колыму.
Но очень недобрым словом люди вспоминают 90-е годы, когда росчерком пера, высказыванием лидеров того времени о том, что здесь, на Колыме, люди не нужны, пусть уезжают, а добывать ресурсы можно вахтовым методом, что край бесперспективный, предопределили судьбу Колымы на долгие-долгие годы. И это послание руководства страны того времени, я бы сказал, проклятие, которое было наложено в 90-х годах на Колыму, довлело.
Изменения начали происходить не так давно, но ещё до моего прихода. И происходить стали благодаря вниманию со стороны президента, руководства страны, благодаря пониманию роли Дальнего Востока в судьбе России, в её будущем. Произошло принципиальное изменение политики по Дальнему Востоку: есть курс на усиление роли Дальневосточного Федерального округа. И это позиция Юрия Петровича Трутнева не только как полпреда, но и как члена правительства в ранге вице-премьера.
В этом году в послании федеральному Собранию президент чётко сформулировал, что Дальний Восток — это приоритет для страны на XXI век. И я думаю, что все последующие события укладываются в доктрину развития Дальнего Востока. Сегодня стоит задача (есть Указ президента) — за шесть лет создать тут базу, оттолкнувшись от которой, мы обеспечим выполнение поставленной цели — создать локомотив роста для всей страны на XXI век. То есть вот поручение, вот предложения президента, их надо выполнять, и судьба нашего края улучшится.
