В поисках русской мечты полностью

Александр ПРОХАНОВ. Это вера, конечно. Но ведь вера сопровождается какими-то ритуалами, знамениями. Скажем, у вас она сопровождается вашим искусством. Значит, ваше искусство в каком-то смысле — религиозное искусство?

Юрий ХАНЬКАН. Я бы не сказал, что религиозное. Хотя есть что-то… Я стараюсь, чтобы каждая работа, даже мелкая, о чём-то рассказывала. Например, изобразил солнце, женщину, и её взгляд я сделал открытым, и это — взгляд в будущее. Женщина всегда думает, чтобы дома был уют, чтобы было продолжение рода. И в её открытом взгляде я изобразил её думы: как будет дальше? Она думает о будущем — о том, чтобы было всё хорошо.

Александр ПРОХАНОВ. Вы угадали мои переживания, потому что я сейчас живу этими вопросами, задаю их себе: в чём наша российская мечта? О чём мечтает российский человек, русский ли он, эвен ли, мариец, чеченец… Женщина, которую вы изобразили, открыла глаза, потому что она видит впереди предмет своего мечтания, блага?

Юрий ХАНЬКАН. Да. Или, например, я изобразил женщину — хранительницу очага. Когда начало жизни было, люди ведь не сразу стали в мегаполисах жить. И я изобразил юрту, костёр, хранительницу очага. У неё тоже полузакрытые глаза, она ждёт в юрте хозяина. Костёр тепло отдаёт… И за ней я изобразил древо жизни: то есть всё начинается с этого очага, вся жизнь… И продолжение идёт от очага.

Александр ПРОХАНОВ. Это своеобразная космогония?

Юрий ХАНЬКАН. Я стараюсь всегда что-то жизненное изобразить, чтобы был смысл. Чтобы эта работа несла и добро, и память, и что-то для будущего давала.

Александр ПРОХАНОВ. Вы, изображая что-то конкретное, одновременно восходите к очень высоким понятиям, вселенским, космогоническим, мирозданию в целом.

Юрий ХАНЬКАН. Хоть мы и живём как бы в замкнутом круге, где, казалось бы, всё предопределено, но всё равно, я считаю, как мы этот день проживём, так и завтра наступит. От нас это зависит. И стараемся, чтобы у всех было благо, чтобы солнце светило. Даже пускай тёмные тучи будут, но лучи солнца пускай проходят через эти тучи и согревают нас.

Александр ПРОХАНОВ. На какие выставки вы свои работы отправляете?

Станислав МАНИГА. Одна из значимых выставок — это «Сокровища Севера». Она раз в год проходит в Москве в конце апреля — начале мая. Привозят свои произведения мастера со всей России, со всех регионов: коренные народы Севера, Сибири, Дальнего Востока. Есть выставки Союза художников региональные и межрегиональные, есть зональные, общероссийские выставки Союза художников России.

Александр ПРОХАНОВ. У вас очень красивые работы. Наверное, они отмечены призами?

Станислав МАНИГА. Разные призы нами получены. В Хабаровске очень хороший фестиваль «Живая нить времён» отметил мою работу. Когда выставка коренных народов проходила на ВВЦ, и Юрий, и я, и наши мастерицы, которые вышивают бисером, шьют национальную одежду, обувь, выигрывали золотые медали.

Александр ПРОХАНОВ. У вас есть своя школа: последователи, ученики?

Станислав МАНИГА. У меня здесь, в моей мастерской сын учится.

Юрий ХАНЬКАН. Я все выставки, какие проходят в России, прошёл. Сейчас я — студент, живописи учусь. И стараюсь то, что знаю, умею, показать детям. С детьми в областной библиотеке встречался каждые выходные, потому что хочу мастер-класс провести, сказку рассказать, чтобы поведать о нашем быте, о наших традициях…

Александр ПРОХАНОВ. Ваше искусство — сложное. Видимо, целое внутреннее обучение этому искусству происходит: владение инструментами, чувство кости… Это же не приходит сразу.

Станислав МАНИГА. Я, например, профессиональной резьбой по кости занимаюсь уже 16 лет.