— Но на тебе только брюки, — заметила она, потянув за расстегнутый ремень.
Неожиданно Кирилл обхватил Настю за талию и, подняв, как ребенка, посадил на стойку.
— Теперь ты должна закрыть глаза, — сказал он.
— Что? Зачем?
— Доверься мне. — Его мягкий тембр голоса заставил ее повиноваться. Она закрыла глаза. — И не открывай их, чтобы не случилось.
Настя нервно взглотнула, но, тем не менее, согласительно кивнула.
В том, чтобы довериться ему было, что — то будоражащее. Она не знала, чего ожидать, но уже была готова ко всему.
Первое, что Кирилл сделал, это снял с нее чулки. После его пальцы, прикоснувшись к ее коже, начали рисовать незамысловатый узор на ее бедрах. Анастасия не смогла сдержать мурашки удовольствия, что Лазарева очень порадовало.
Он приблизился к ней, и она почувствовала его дыхание на шее, а после горячее прикосновение губ. Анастасия затаила дыхание. Его поцелуи начали спускаться ниже, в то время как руки быстро расстегнули застежку бюстгальтера. Ее захватила безумная волна желания, когда ласки сосредоточились на ее груди, такие настойчивые и трепетные одновременно. С ее губ сорвался едва уловимый звук. Она обхватила его голову руками, прижимаясь ближе. Но зачем ее так мучить?
Настя была уже полностью в его власти, когда Лазарев уложил ее на стол и вдруг отстранился от нее.
— Что происходит? — проговорила она, облизывая пересохшие губы.
— Только не открывай глаза, — послышался голос Кирилла. Девушка снова вздохнула, стараясь перевести дух, но ей снова предстояло задохнуться от неожиданности. К ее телу прислонили, что — то холодное. Она вся сжалась от такой быстрой смены температуры, но потом начала привыкать и даже поняла, что в его руках находится кусочек льда. Там, где только что была дорожка его горячих поцелуев, теперь был влажная и холодная дорожка ото льда. Анастасия заметила, что это даже ничуть не хуже прежних ласк. В свою очередь Кирилл, не таясь, следил за каждым ее движением. Она уже была на грани: кусала губы, извивалась как змея и ногтями цеплялась в его руки.
Ему пришлось немного повозиться с брюками. Лучше бы он позволил ей избавить его от остатков одежды!
Она приняла его одним безудержным порывом… Не сдерживая стона, без остатка отдалась ему… Анастасия чувствовала тяжесть его тела, нарастающий жар, и его неистовый поцелуи. Ее ногти царапали его спину, оставляли бороздки на коже. Нет, она не дралась! Просто была не в силах сдерживать страсть, и всех ощущений, что ее сейчас переполняли.
Их сердца бились в унисон, дыхания слились в одно. Уже было сложно понять, где он, а где она. Своего пика она достигли одновременно. Анастасия, растворившись, где-то в облаках, а Лазарев, удерживая ее там.
Расслабившись, он уронил голову ей на плечо. Руки Насти гладили его по спине, нежно трепали волосы. Она никогда настолько не принадлежала человеку, никогда не позволяла себе повиноваться кому — то. Кирилл принес в ее жизнь такие перемены, которых она никак не ожидала. Он изменил ее, возможно сам того не подозревая. Настя была ему уже благодарна за то, что он появился в ее жизни. И было еще одно чувство, которого Анастасия всегда так сторонилась, но всегда хотела узнать каково это любить?
Он все еще был в ней. Это был такой момент единства, когда не хотелось, чтобы он заканчивался. Кирилл поднял голову, посмотрев ей в глаза. Настя, улыбнувшись, коснулась его лица, провела пальцами по губам.
— Знаешь, меня мучает один вопрос, — проговорила она. Лазарев вопросительно взглянул на нее. — Мы, когда — нибудь доберемся до постели?
Он, засмеявшись, снова уткнулся головой в ее плечо.
***
Камилле в этот день предстояла непосильная работа. Готовясь к премьере фильма ей надо было выбрать платье, в первую очередь для Илоны, потом для себя. Камилла не хотела ударить в грязь лицом, поэтому по ее плану все должно было быть сделано с блеском, от макияжа и прически, до платья и туфель к нему.
Камилла и Илона встретились с их стилистом Евой в одном из самых дорогих магазинов города, где продавались исключительно дизайнерские вещи.
— И что ты хочешь увидеть на себе? — спросила Ева. Илона задумавшись накручивала волосы на палец. Иногда она выглядела глупо для актрисы, что претендует на международную премию.
— Это не ковровая дорожка, поэтому платье не должно быть слишком шикарным. Хотя я бы конечно очень хотела выделяться из толпы, как никак это моя премьера, — сказала Илона. Она порой выглядела глупо, но рассуждала правильно всегда. — Прическа примерно, как у Скарлетт Йоханссон.
— Илона, претендуя на премию нельзя на кого — то ровняться, — заметила Камилла.
— Хорошо, — согласилась Илона. — Тогда это классическая прическа, сплошные локоны.
— Макияж? — поинтересовалась Ева.
— Естественный, но я очень хочу красные или алые губы, — сказала актриса.
— Мне все понятно. Я уже вижу этот образ, — улыбнулась Ева. — Вы пока подождите, я принесу вам подходящие варианты.
Она удалилась в глубь магазина. Камилла и Илона сели в кресла. Камилла начала листать журнал, а Илона с кем — то явно переписывалась по телефону. Ее с самого утра было оттуда не вытащить.