В этом мире давно отгремели Великие Войны, память о которых осталась только на пыльных свитках и истлевших страницах древних книг. Маги, что почти исчезли в веренице не прерываемых битв, начали вновь обретать могущество и укреплять свою власть. Но речь пойдёт не о сильнейшим маге, даже не самом талантливом из них, а о том, кто должен был быт забыт, задвинут на самую дальнюю полку истории. Ведь те крохи Дара, который подарила нашему герою судьба, кажутся насмешкой, которую он не хочет принимать. Чтобы хоть как-нибудь вырваться из своей темницы, называемой "слабость", он обратится к те, кому не следует. Он окунётся во тьму... Его выбор навсегда изменит его жизни и назад пути уже не будет.
Рука, сжимающая кусок белого мела, привычными движениями выводила до боли знакомый чертёж, который чертился на деревянных досках уже ни один раз, и, казалось, стал неотъемлемой частью интерьера. Плотно завещанные шторы создавали в комнате легкий сумрак, разгоняемый лишь слабеньким огоньком свечи, что освещала страницы пыльного гримуара, одиноко лежащего на моём письменном столе. Эта книга, оплетенная толстой коричневой кожей, была найдена два года тому назад, когда я помогал разбирать вещи моего странно почившего дяди, о котором я и узнал только лишь после его смерти, - его тело нашли разорванным на части в каком-то окрестном лесу.
В гримуаре была написана очень точная инструкция по призыву демона, но в его имени была смазана последняя буква, которую я пытался угадать уже третий год. Ведь, чтобы призвать демона, как я узнал из этого фолианта, нужна либо прорва энергии, чтобы пробиться до ближних границ Нижнего мира и выдернуть оттуда темную сущность, но такое количество я бы десятилетие собирал, если не столетия. Либо знать имя этого самого демона - это та удочка, что вытянет его из-за Изнанки. Четырнадцать безуспешных попыток призыва не увенчались успехом. Пентаграмма вспыхивала бледно-голубым светом и высвобождала всю собранную мной за несколько недель энергию, показывая тем самым, что ритуал оказался безуспешным.
- Вроде бы закончил, - пробормотал я, разглядывая октограмму с множеством сложно закрученных узоров и сравнивая её с изображением в гримуаре. Почти никогда не получалось начертить её с первого раза.
Не теряя времени, я быстро достал из внутреннего кармана золотой перстень, который должен был стать вместилищем для демона на многие годы. Я не хотел повторить судьбу моего дяди, которого уж точно не звери загрызли, как сказала стража. В это я уж точно не верил. Не озаботился должной защитой, вот и сожрали его потусторонние сущности. Поэтому прежде чем призывать, кого бы то ни было, я озаботился вместилищем для этого существа. С гордостью посмотрев на дело рук своих, я ещё раз счастливо улыбнулся. Не каждый Мастер Артефакторики сможет уместить в кристалле весом в каких-то полкарата сразу семнадцать ограждающих кругов, которые выстроились словно пирамида, с маленькой окружностью на вершине, переходящей в окружности побольше. Получилось подобие маленькой птичьей клетки. Три года я переплетал узор заклинания и теперь с гордостью могу сказать, что это почти идеальное произведение магического искусства, которое сможет удержать и какого-нибудь слабенького демона из Высшего Круга. Надеюсь.
Маленький перстень в золотой оправе с зелёным алмазом в центре, который украшали пять его маленьких братьев прозрачного цвета, под завязку наполненных энергией Света, блеснул, отразив свет свечи, и встал в специальную выемку, варварски выковырянную в отполированных досках обычным кухонным ножом.
Ещё раз перепроверив все линии и взяв в руки старую книгу, я, сверяясь с рукописным текстом, начал вливать в заранее заготовленные узоры энергию и переплетать их вместе, создавая очень сложный конструкцию, которая у меня не всегда с первой попытки получалась, но сегодня все линии встали на свои места без каких-либо сложностей, образовав красивый рисунок. Создав последний нужный узор, я перешёл к финальной части заклинания. Осталось всего лишь, как говорит мастер Грего, поставить завершающую точку. В моём же случае произнести имя.
- Я призываю тебя, Иртиарн-Эурн - напитывая каждое слово силой, сказал я, наблюдая, как октограмма начинает светиться бледно-голубым светом и узор заклинания разрушается. И тут же развеивается заклинание, которое должно было активировать кольцо, а оно бы уже затянуло демона в ловушку.
- Твою мать! - ругнулся я, забрасывая бесполезную книгу в угол и раскрывая плотную материю штор, впуская в комнату лучи давно взошедшего солнца. Снова неудача. Придётся неделю копить энергию, чтобы провести ритуал по новой.
- Альдис, всё в порядке? - раздался тревожный голос матери, немного охлаждая меня.
- Да, сейчас спущусь, - совладав с овладевающими эмоциями, крикнул я, чтобы она смогла меня услышать.
Немного поколебавшись, я стер меловой рисунок мокрой тряпкой, немного поднадоело перечерчивать его каждый раз, и спрятал кольцо во внутренний карман, и накрыл место, на котором совсем недавно была выведена восьмиконечная звезда, большим ворсистым ковром непонятного коричневого цвета. Он полностью скрыл следы недавнего ритуала. Быстро подобрав фолиант, который каким-то чудом уцелел после моего броска, я спрятал его под перину. Осмотрев комнату, которая вновь приобретала нормальные очертания, я поспешно затушил свечу и задвинул её под кровать. И как это обычно бывает, вернулся, чтобы найти забытую сумку, которая обнаружилась на верхней полке книжного шкафа. Вечно она куда-то пропадает.
Открыв дверь, я по лестнице спустился на первый этаж дома и отправился на кухню, где меня ждала мать, с небольшим упрёком смотря на меня.
