В поисках сына полностью

Я плюхнулся в кресло, но не стал прикасаться к «его» угощению. Молчал, с тревогой ожидая ответа на поставленный вопрос. Учитель сел напротив меня и, налив себе в чашку ароматного чая, стал пить, не торопясь и смакуя. Тут я не выдержал. Да что он о себе возомнил?

Белоснежный фарфор на столе рассыпался крошками, горячий чай выплеснулся ему на пальцы, и он подул на них, обиженно взглянув на меня.

― Ну зачем ты так. Такой хороший был сервиз! Ломать, конечно, не строить, вернёшь мне потом точно такой же, иначе рассержусь. И почему мои дочери так сходят от тебя с ума?

Я заготовил для него ядовитый ответ, но от этих слов оторопел.

― Что ты сказал? Дочери?

― Слушай внимательно, и мне не придётся тебе повторять. Я сказал ― мои дочери. Та, которую вы с братом зовёте Мари, и та, известная тебе, как Шаманка. Они обе мои девочки, и обе в беде по моей вине. Я этого не отрицаю. Но тебе, вроде, совсем неважно всё, что связано с ними. Тебя волнует только брат. Он в порядке, Феникс, я спрятал его в надёжном месте. Демон там его не найдёт.

Я молчал, переваривая то, что только что услышал.

― Что ж, раз Шаманка ― твоя дочь, значит, это не ты преследовал её и мальчика…

― Железная логика, Феникс, ― Учитель отхлебнул чай из новой чашки, ― Это моя девочка, и я давно пытаюсь её разыскать. Но Шаманка никому не верит и бегает от меня так же, как и от мужа. ― Он тяжело вздохнул, ―Ты можешь упрекнуть меня в обмане, вернее, в небольшой, скажем так, недоговорённости. Я и при первой нашей встрече сказал тебе, что ищу дочь и внука. Но говорил не о Мари и Алексе, а о Шаманке и моём младшем внуке, сейчас его зовут Роми… Я нужен этим двоим. И ты тоже…

Он помолчал немного, вращая чашку на столе, потом продолжил, и в его голосе уже не было показного веселья, только боль и горечь.

― На самом деле, я всегда знал, где Мари. Больше того, постоянно находился рядом с ней, помогая в её борьбе и защищая от бед. Она даже не подозревала об этом. Нам с ней нельзя встречаться. Это чревато для меня, потом объясню, почему. Каюсь, то, что Алекс и без нас выберется отсюда, тоже знал.

Я снова задохнулся от гнева.

― Ты обманул меня, лжец! Использовал, чтобы заманить нас с Дани сюда, ― отшвырнув кресло, я метался по пещере.

― Ну, не так уж и обманул. Да, использовал, прости, но одному мне было не справиться. Не всё так плохо. Ты же нашёл след сына, а я избавил твоего брата от демона. Не забывай, вы оба передо мной в долгу.

― Да уж, ― я никак не мог успокоиться, ― освободил от демона, а потом выпустил его?

― Совсем с ума сошёл, щенок! ― взорвался Учитель, и меня окатило ведром ледяной воды, ― надеюсь, тебя это немного остудит. Уж слишком ты горяч, парень! Может, моим девочкам это в тебе и нравится? ― и он снова попытался засмеяться, но у него не получилось.

Я отряхивался от воды как собака, меня душила обида. Приготовив ответный удар, повернулся к нему и увидел, как он смахивает слёзы с глаз. Это меня отрезвило. Поднял упавшее кресло и сел в него, опустив голову на руки. Помолчав немного, сказал:

«Бог с тобой, Учитель. Пусть обман останется на твоей совести. Если хочешь вернуть моё доверие, расскажи, что случилось после того, как мы попали в этот мир. Я всех потерял и видел такое, отчего до сих пор кровь стынет в жилах. Особенно о Дани… Говори только правду. Я почувствую, если попробуешь солгать».

Он просто кивнул. Сейчас на него было больно смотреть, как тогда, после изгнания демона. Теперь я увидел его совсем другим ― без привычной ироничной маски. Усталого, измученного и отчаявшегося человека без возраста. На мгновение мне даже стало его жаль. Но я подумал о Дани и заставил себя быть жёстким к лжецу.

― Видишь ли, Феникс, в жизни всё непросто. Столько раз приходится выбирать, и, совершая тот или иной поступок, мы не знаем, правильно ли поступаем. Результат виден не сразу, а, чаще всего, когда уже ничего нельзя изменить. Я не собираюсь тебе жаловаться на жизнь или искать понимания. Мне стыдно за многое из того, что делал. Но это никогда не касалось тех, кого я любил. Моей семьи.

Я потерял любимую жену. И старшую дочь, мою красавицу, практически тоже. Ведь нам с ней нельзя видеться. Однажды она поклялась убить того, кто, по её мнению, виновен во всех бедах. То есть меня. И, как ведьма, она не может нарушить данную клятву, иначе погибнет сама. Я не хочу умирать, во всяком случае, пока мои дочери несчастны. И сделаю всё, чтобы помочь им. Даже буду лгать, если это пойдёт на пользу дела. На моей совести есть грехи и пострашнее.

Но Мари сильная, она справляется и без меня. Ты, наверное, обижен на неё, а должен бы благодарить. Это она постоянно спасала вас с братом от козней демона, подарила тебе сына, а в конце концов расплачивается за свою любовь к вам обоим страшным проклятьем. Ты знал об этом?

― Не всё, Дани мне говорил, что она спасла нас, но о проклятье я понятия не имел…