Он на лету превратился в человека и упал. Распластавшись на животе, я подползла к самому краю своего узкого выступа и перевела дух, увидев, Кишана, болтавшегося на длинной лозе. Перебирая руками, он медленно полз вверх, но все равно был еще очень далеко от меня. Поймав в воздухе свою чакру, он взял ее в зубы и стал раскачиваться из стороны в сторону, пока не дотянулся до сучка, торчавшего из толщи дерева. Подтянувшись, Кишан влез на него и немного передохнул. Оценив свое положение, он ухватился за другую лозу, подпрыгнул и снова начал раскачиваться.
Он выполнил целую серию сложнейших акробатических трюков. На моих глазах тигр по меньшей мере трижды превращался в человека и обратно. В какой-то момент Кишан запустил в воздух свою чакру, и та, просвистев через всю пещеру и срезав лозу, полетела обратно в тигриную лапу, которая в последний момент успела превратиться в человеческую руку, чтобы поймать свое оружие. Вцепившись в крепкие лозы, Кишан перелетал от одной стены пещеры к другой, на лету перепрыгивая на новые крепкие побеги. С каждым разом он все ближе подбирался ко мне, но я уже видела, что последняя лоза не дотягивается до моего карниза и между нами все равно останется не меньше десяти футов.
Мне хотелось зажмуриться, но я понимала, что обязана смотреть, как Кишан рискует жизнью, чтобы добраться до меня. Вот он снова отлетел назад и оттолкнулся. Но на этот раз, едва коснувшись ногами стены, Кишан ухватился за лозу зубами, превратился в черного тигра и изо всех сил напружинил могучие задние лапы. Потом снова стал человеком, подтянулся настолько, насколько позволяла длина лозы, и прыгнул. Перекувырнувшись в воздухе, он превратился в тигра и вытянул черные лапы к краю моего выступа. Вот его длинные когти впились в дерево возле моей ноги, чакра воткнулась в нескольких дюймах от моей руки, а сам Кишан повис в воздухе. Тигриные когти превратились в человеческие пальцы.
– Кишан!
Я схватила его за ворот рубашки и потянула изо всех сил. Он перекатился через край выступа и растянулся на нем, тяжело дыша. И тут свет погас.
– Вот ви-ииииди-иииишь? Он справи-ииился!
Руки Кишана дрожали, я тайком смахнула слезу.
– Да. Он справился, – тихо ответила я.
Кишан сел, и тогда я обхватила его, крепко-крепко обняла и поцеловала в щеку. Несколько секунд он прижимал меня к себе, потом нехотя отпустил. Убрал пряди волос с моего лица.
– Прости, что я не смог взять наш рюкзак, – сказал он.
– Ничего страшного! Ты бы все равно не смог подняться сюда вместе с ним!
– Мы при-иииинесем его.
– Ну да, конечно, – пробурчала я себе под нос. – Жаль, что вы не смогли перенести сюда Кишана!
– Мы должны были-ииии и-ииииспытать его. И-ииии он справи-иииился.
Одна из летучих мышей спикировала вниз и вернулась назад с рюкзаком. Она бросила его мне в руки и улетела.
– Спасибо. – Я робко дотронулась до руки Кишана. – Ты в порядке?
– В полном! – ухмыльнулся он. – Скажу по секрету, что согласился бы повторить этот номер за настоящий поцелуй.
Я легонько стукнула его по руке.
– Мне кажется, сестринского поцелуя в щеку было вполне достаточно, ты согласен?
В ответ он пробурчал что-то неразборчивое.
– Куда нам идти отсюда?
Одна из летучих мышей тут же отозвалась:
– Мы вас отнесем.
Два нетопыря отцепились от потолка пещеры, пролетели камнем несколько футов, а потом с кожистым хлопком развернули свои крылья. Бешено размахивая ими, они быстро набрали высоту и зависли у нас над головами. Потом медленно спустились, и я снова почувствовала у себя на плечах прикосновение цепких когтистых пальчиков.
Услышав предостережение:
– Не-ееее ше-ееееве-еееели-иииись! – я решила последовать этому мудрому совету.
С оглушительным стрекотом летучие мыши поднялись в воздух, унося нас все выше и выше по полому стволу мирового древа. Честно говоря, этот полет нельзя было назвать приятным, но я понимала, что он сэкономит нам несколько часов изнурительного подъема. Я ожидала, что мы полетим вертикально вверх, но летучие мыши поднимались по спирали, медленно, но неуклонно, забираясь все выше и выше.
Постепенно я заметила, что вокруг становится все светлее, и вскоре увидела над головой просвет – широкую расщелину в стволе, откуда струился колеблющийся оранжевый свет, дрожавшими бликами рассыпавшийся по стенам дерева. Моей кожи коснулся прохладный ветерок, несший с собой свежие древесные запахи, невыразимо приятные после гнилостной затхлости, провонявшей плесенью, аммиаком и горелыми лимонами. Наши крылатые спутники подлетели к трещине и, оглушительно хлопая крыльями, осторожно опустили нас на ветку. Я сразу заметила, что ветки здесь заметно тоньше, чем внизу, однако достаточно крепкие, чтобы с легкостью выдержать наш вес.
С последним напутствием: «Будьте-ееее осторожны!» – летучие мыши скрылись в толще дерева, оставив нас одних.
– Слушай, Келс, брось-ка мне рюкзак. Я хочу переодеться в черное и обуться, – попросил Кишан.
Я исполнила его просьбу и отвернулась, чтобы он мог переодеться.
