– Дело в том, что преподавать я стала относительно недавно, и когда захожу в кабинет, я будто притворяюсь учителем, играю роль. Мне кажется, что студенты меня рассекретят, позвонят в деканат и попросят прислать им настоящего преподавателя. Хоть я очень серьезно готовлюсь к занятиям, мне все время кажется, что я очень мало знаю, жалею бедных студентов, что им достался такой непрофессиональный педагог. На самом деле, я работаю из любви к искусству. Понимаешь, я ведь, по сути, постоянно занимаюсь самообразованием: что-то читаю тут, там, разные книги, статьи, смотрю видео. В рамках саморазвития на этих бедных студентах оттачиваю свое ораторское мастерство. Так мне за это еще и деньги платят! Мне кажется, что у меня лучшая на свете работа!
– Рина, я думаю, что ты занимаешься «самоедством», как и положено интеллигенции. Все как написано у классиков: недовольство собой, пустые тревоги, вам это свойственно.
Рина ошарашенно посмотрела на Антона. Она никогда не думала о себе в подобном ключе. Она понимала, что ее предки из деревни, и по уровню образования, культуры она не соответствует уровню интеллигенции. Тем более, ей было с чем сравнить: Рина еще застала настоящих интеллигентов советской эпохи.
Антон предложил подвести Рину до дома, было уже поздно, и она согласилась. Они долго шли к закутку, где парковка была бесплатная, и остановились около абсолютно убитой Лады. Антон галантно распахнул перед Риной дверь, в то время как та усиленно пыталась скрыть свое удивление и разочарование. Все происходящее казалось Рине каким-то розыгрышем, ведь этот человек два часа позиционировал себя как суперуспешного человека, а в ходе поездки выяснилось еще и то, что машина изначально было куплена в лизинг.
– Ну, сейчас-то я уже расплатился. Знаешь, на работе я замутил такую схему… Не знаю, почему я тебе это рассказал, раньше я никому этого не рассказывал, но ты вызываешь доверие, – все так же энергично вещал Антон.
– Аделина, ну, как так, он даже не мог купить это ведро сразу! Он взял его в лизинг! Зачем тогда было рассказывать о том, как он легко менял машины в начале своей карьеры! По его рассказам я ожидала увидеть какую-нибудь надежную и безопасную машину среднего класса! Я не готова настолько не интересоваться материальной стороной жизни!
.
Время от времени поглядывая на идущий на экране фильм, Рина докрасила ногти в свой фирменный красный цвет и подставила руку под УФ-лампу, чтобы закрепить гель-лак. Осенью красный цвет мог ненадолго смениться на бордовый, а летом на цвет фуксия.
В период локдауна Рина особенно ощутила преимущества своей независимости. Но все началось еще раньше, когда Рине до жути надоело подстраивать свой график под расписание мастера по маникюру, тратить время на дорогу в салон, а еще разговаривать о пустом на протяжении нескольких часов. К тому же, чтобы не переживать, уничтожились ли все вирусы в сухожаровом шкафу, Рина ездила на процедуры со своим маникюрным набором. Теперь же, наслаждаясь просмотром фильма дома, экономя кучу времени, не говоря уже о деньгах, Рина каждый раз радовалась и мысленно благодарила коллегу, научившую и надоумившую ее делать маникюр самостоятельно. Рина оценивающе посмотрела на свои руки и осталась довольна результатом.
Больше не было сил сопротивляться зову открытых террас кафе и стуку кубиков льда в бокале коктейля, и Рина радостью приняла приглашение Станислава встретиться на одной из таких террас. Когда девушка подошла к одиноко сидящему мужчине, тот встал, чтобы поприветствовать ее. Станислав оказался слегка лысеющим, несущим груз какой-то печали банкиром сорока с лишним лет, с темными тенями под глазами. Сказал, что пахал много лет, как проклятый, строил карьеру, а потом у него в жизни произошли кое-какие изменения и была возможность подумать о себе, и тогда он понял, что для полного счастья ему не хватает достойной женщины рядом.
