— В медицине и кулинарии мне нет равных, — рассмеялась она, когда парень покинул кухню. — Марта Полонская — дочь вождя стаи белых волков. А этот придурок всего лишь мой младший брат — Мирон, — шутливо указала она в сторону коридора и скривилась.
— Бисарова Дина, очень приятно познакомиться. Спасибо, что приютили.
Врала, конечно! Да у меня даже в душе собственное имя вызывало отторжение! Что уж говорить! Стас убил мою личность! А вместе с ним и реальное имя, которое я ненавидела!
— Что ж, Дина, расскажи, что с тобой случилось, — подперла она подбородок рукой в ожидании моего рассказа, но не знала эта пышущая здоровьем девушка, что я не собираюсь посвящать кого бы то ни было в свои дела. Больше даже для того, чтобы им не навредить.
— Я долго шла. Люблю путешествия. А по жизни одиночка. Всегда в поисках новых приключений! Вот немного поправлюсь и пойду дальше, — говорила я и не знала, как скрыться от ее проницательного взгляда. Если у парня на иномарке были разные глаза, то у этой незнакомки они оба сверкали голубизной. Да такой глубокой, что я места себе не находила.
— Очень красивая, но отнюдь не актриса, — раскусила она меня на раз и заставила опустить голову. — Знаешь, Дина, если тебе не комфортно, и ты хочешь идти дальше, я могу тебя проводить. В клане белых волков никто никогда никого не держал. Ты можешь идти. Я дам тебе с собой лекарства, которые через три дня поставят тебя на ноги и теплую одежду. Но если захочешь остаться…
— Проводи, пожалуйста, — перебила я ее речь и встала из-за стола. Было проще уже сейчас покинуть резервацию, чем придумывать новую историю своего побега. Говорить правду и раскрывать душу малознакомым оборотням я точно не собиралась.
Хромая, поковыляла в сторону коридора и Марта меня обогнала лишь для того, чтобы вручить одежду и лекарства.
Одевалась я молча, в полном одиночестве у постели, на которой спала. А когда закончила, перекинула через плечо сумку и поковыляла к выходу, где Марта учтиво предложила мне обуть теплые уги и протянула пуховик с шапкой.
— Огромное спасибо за все, — благодарно улыбнулась я.
Девушка кивнула в ответ и распахнула передо мной дверь, ведущую на улицу.
Я сделала шаг вперед навстречу новому неизвестному пути и оказалась совершенно в другой реальности! Жизнь волков резервации кардинально отличалась от жизни оборотней в клане Ярцева, и это сразу бросилось в глаза. Здесь дети свободно бегали по территории, бросались снежками, скатывались с горок и лепили снеговиков. С ними с удовольствием играли взрослые. Повсюду восторженные вопли и смех. Атмосфера этих мест была пропитана дружбой и любовью, чего я никогда не ощущала у порога бывшего дома. Там даже дети ходили по струнке, и веселиться могли лишь в специально отведенных для этого «загонах». Страх! Вездесущий и неоспоримый! Вот что царило в клане моего мужа. Господи, и как я только сумела выжить в условиях, где даже дышать тяжело?!
Я шла медленно и аккуратно, пошатываясь, боясь упасть и еще больше повредить ногу. Скользкая заснеженная тропинка таила в себе опасность, а мерцание падающих с неба снежинок слепило. Максимально сконцентрированная я шла прямо, стараясь не отвлекаться на происходящее вокруг, но черное пятно, неумолимо приближающееся ко мне, заставило остановиться.
Глаза невольно округлились, когда в метре от меня забила копытом по снегу вороная лошадь, создавая вокруг себя настоящую пургу, а ее разноглазый всадник улыбался во весь рот.
Я замерла на месте в страхе, стараясь удержать равновесие. Лошадь сделала шаг вперед и паром задышала мне в лицо, на что Мирон погладил ее по лоснящейся гриве с красноватым отливом.
— Боже! — вырвалось произвольно.
Это животное парализовало меня окончательно. Я не знала, что дальше делать и как быть, ведь лошадь преградила своей тушей мне путь.
— Вишенка, знакомься, это Дина, — представил меня лошади Мирон, и это прозвучало настолько дико, что я на миг потеряла дар речи.
Где видано, чтобы животное знакомили с человеком, а не наоборот? Мне ничего не оставалось, как развести руками и недоуменно посмотреть оборотню в лицо.
— Погладь, не бойся, — прозвучал голос наездника, и лошадь облизала огромным языком свой огромный нос.
Не знаю из страха или из любопытства, но почему-то протянула дрожащую руку, на что животное склонилось и подставило свою морду так, что я ладонью ощутила гладкую теплую шерсть. Осмелела и с нежностью погладила Вишенку.
— Залезай, прокачу! — нарушил он эту странную сцену, и я отпрянула.
— С ума сошел?! Она ходить то нормально не может! — закричала Марта позади и вскоре поравнялась со мной, продолжая журить брата за безответственность, жестами прогоняя лошадь с дороги.
Я же, будто завороженная смотрела на животное, которое проявило ко мне нежность. Никогда раньше так близко не приходилось находиться с лошадьми. Грациозная и величественная она подчинялась только командам наездника, игнорируя гневные выпады Марты.
— Да иди уже отсюда! Дина уходит! Пропусти!
Но Мирон только потешался, сияя лучезарной улыбкой.