Сын
Сыном я горжусь. Парень он с головой. И живет правильно, скажем даже — праведно, что теперь редкость. Немного ленив. Так теперь это на пользу идет, выглядит как рассудительность. Когда я еще был в силе, мне специально устроили перевод в этот город, где сын осел. Недавно ему предложили крупную должность в Сибири. Он отказался. Итог — здесь слегка попридержали. Хотя мы живем неподалеку друг от друга, встречаемся редко. А встретимся — выпьем /какая встреча без выпивки?!/ и разговоры заведем /без разговоров «за жизнь» русский человек немыслим/.
— Что скажешь об еврокоммунизме,— спрашиваю я.
— Маскировка,— говорит он. — Коммунизм везде одинаков, и пусть они там не выпендриваются.
— Но они же хотят без репрессий, с правами.
— Чушь. Это они сейчас болтают. А как власть возьмут, не хуже Сталина закрутят. А эти «права» — потеха для дилетантов или бизнес для ловкачей.
— Но их же сажают.
— Теперь это почет. Известность. А им это только и нужно.
— Но они реальные требования выдвигают.
— Кому нужны эти «права»? Десятку шизофреников и честолюбцев? Не в этом суть реальных проблем.
— А в чем?
— Надо людей работать заставить. Хозяйничать и руководить научиться разумно. Сибирь осваивать.
— А у тебя работают люди? А как с руководством?
— Как везде. Халтура, идиотизм. Вот я и говорю...
— А как насчет новой конституции?
— Тут все ясно. Конституция закрепляет, что есть. Дело не в конституции. Что это? Бумажка. Можно с хорошей конституцией жить плохо, а с плохой — хорошо. Наша жизнь от конституции не зависит.
— Ладно. Дома мы можем говорить откровенно. Скоро юбилей. Больше тридцати лет мира. А вот иду я по улице. Навстречу — человек. Курицу несет. А курочка-то из Бельгии или Голландии. Ботинки у него — из Италии. Джинсы достал у спекулянтов,— из Уругвая. Где такая страна? А что свое? Очереди? Хамство? Мы вот свои счетно-вычислительные машины сейчас в подвал выкидываем. Будем устанавливать японские, американские, немецкие... Зато наши танки в Африке, ракеты — на Кубе, корабли — у берегов Индии. Говорят, мы можем за восемь часов захватить всю Европу, за десять минут полмира уничтожить... Вот итог! Подумай только: захватить, стереть, уничтожить...
— А я тут при чем? Это тебя надо спросить.
— А я тебя не виню. Я просто думаю.
— Индюк, как говорил Василий Иванович Чапаев, тоже думал. Хочешь, новый анекдот. Плывет Чапаев через Урал, загребает одной рукой. А Петька и говорит ему: брось ты, Василий Иванович, этот чемодан на х.., а то утонешь.
Боевые листки
