Давно ушли в прошлое времена, когда советского человека надо было воспитывать, опекать и заставлять, подсказывать ему правильные решения. Теперь он сам способен воспитать кого угодно и в самых замысловатых ситуациях вести себя так, как это нужно высшему руководству. Рукопись Учителя в первичной организации подвергли такому погрому, какого он не видел со времен Сталина. И в заключение исключили из партии. Рукопись отослали в КГБ. Расстроенный Учитель запил. В таком состоянии он однажды встретил Катюшу. Она посочувствовала Учителю, проводила до дома, навела порядок в квартире, сварила вкусный обед и т.д. Она пришла еще через пару дней. Потом опять и опять. Душа Учителя оттаяла. И он рассказал ей все,— что черновик он уничтожил, а четвертый машинописный экземпляр спрятал. Катюша предложила спрятать этот экземпляр до лучших времен в более надежном месте,у нее. Тут наверняка искать не будут. И Учитель отдал ей на хранение последний экземпляр рукописи труда своей жизни. Больше Катюша к нему не приходила. А к Учителю однажды вечером вошли люди в белых халатах.
Коварные методы
После провала со стенгазетой смутьяны прибегли к новым коварным методам. Однажды ночью Стопкин и Жидов исписали все афиши от ЧМО до дома Сусликова похабными словами и оскорблениями в адрес Сусликова. Преобладали надписи типа «Сусликов дурак» и «Сусликов подонок». На другую ночь они совершили еще более подлый поступок. В ЧМО давно уже заметили, что Сусликов неравнодушен к секретарше директора Дусе, обладающей могучими формами превосходящими таковые самой Суслихи. Пустили слух, что Сусликов вступает в связь только с женщинами тяжелее восьмидесяти килограмм. Причем, прежде чем приступить к совокуплению, взвешивает свою партнершу на весах. Так хулиганы на всех афишах от дома Сусликова до дома секретарши написали: «Дуся! Я хочу тебя! Твой Суслик». Эти надписи прочитал ревнивый муж Дуси и вышел по ним к самому дому Сусликова.Подкараулив его вечером, он здорово набил ему морду. Сусликов так перепугался, что стал после этого слегка заикаться. И не смог от этого дефекта избавиться всю жизнь. Наконец, хулиганы из стенгазеты достали из секретного фонда диссертацию Сусликова /она считалась закрытой почему-то/, сделали из нее выписки, размножили их на машинке и раздали всем членам Ученого Совета, где проходила защита, и всякого рода лицам, которым не следовало давать ничего. Послали и в редакции газет. Даже в Москву не поленились послать /в «Литературку», в частности/. Над Сусликовым смеялась вся местная интеллигенция. Появился специальный термин «сусливки» для обозначения языковых нелепостей такого типа, как «марафонская труба», «между Сицилией и карбидом», «педерасты и кастраты» /это — сусликовская интерпретация латинского выражения «Пер аспера ад астра»/ и т.д. Но все это не имело последствий.
— Главное,— говорил тесть,— выдержка. Раньше мы бы их в два счета. Сейчас пока еще рано. Ну, да погоди! Мы их еще скрутим в бараний рог. Ну, будь здоров! Главное — закусывай как следует!..
Утро нашей Родины
Петр Степанович не спеша /теперь в его положении надо все делать солидно, без спешки/проснулся, медленно раскрыл подслеповатые глазки и начал постепенно мыслить. Мыслю, сказал он себе, подражая интонации Самого, следовательно существую. Кто это сказал? Надо узнать у Корытова. Хотя это и идеализм, но неглупо звучит. Сам Ленин отмечал, что идеалисты не такие уж дураки и что он сменял бы глупого материалиста на умного идеалиста. Стопкин говорит, что все материалисты дураки по определению. Что значит «по определению»? Абракадабра какая-то!
Петр Степанович вспомнил вчерашнее заседание вновь избранного парткома и довольно усмехнулся. Молодец, Петька! Тьфу, Петр Степанович. Хвалю. Ловко ты уел этого карьериста Сеньковича. Вот болван! С такой фамилией и рожей, в такое время! Зачем это он пустился в эти дурацкие объяснения насчет фамилии? Явно тут что-то неладно. Нет дыма без огня! Все-таки ты, Петр Степанович, не дурак. Один вопросик — и нет Сеньковича. А что это вы, товарищ Сенькович, так пространно распространяетесь насчет вашей фамилии? Если бы у нас были сомнения, то вам не пришлось бы присутствовать здесь, смею вас уверить. И все!!
