О: Отвергаю стремление, но не настаиваю на отказе. Если блага и должности приходят сами, пусть приходят. Важно, как ты относишься к этому и как при этом поступаешь. Богатство, должности и славу, если они есть, можно использовать на благо людей. Но не следует добиваться их с целью облагодетельствовать людей, ибо сама эта цель есть обман, раз она достигается таким средством. Подлинная цель воплощается в средствах. Например, если человек делает гнусность ради некоей благородной цели, последняя есть обман, а реальная цель и есть эта гнусность.
Современная жизнь в изобилии рождает соблазны. Но она вместе с тем создает удивительные возможности довольствоваться малым. Она производит дешевые средства личного потребления, которые позволяют самому бедному человеку вести образ жизни, мало отличающийся от образа жизни самого расточительного человека. Вот на вас, например, костюм стоимостью в двести рублей, но вы не выглядели бы принципиально иначе, если бы были в костюме, который стоит в три раза дешевле. А ваш образ жизни нисколько не изменился бы, если бы на вас не было этих колец, серег, браслетов с драгоценными камнями. А они ведь стоят больших денег. Для такого, как я, одно ваше кольцо — год жизни, а то и более. Наверняка многие из вас потратили тысячи рублей на дорогие мебельные гарнитуры, которые с точки зрения удобств и бытовой эстетики ничуть не лучше дешевых вещей такого же рода. А должности? Пойдемте, я проведу вас по маленькому кусочку реальной жизни, и вы убедитесь, что их не ставят там ни в грош. Аналогично со славой. Возьмите вот это заведение хотя бы. И посчитайте, многие ли находящиеся здесь люди знают ваше, например, имя. И знают ли они, за что вы получили награды, титулы, звания? А между тем даже ничем не выдающийся рядовой человек может завести широкий круг знакомств и обрести в нем известность, вполне удовлетворяющую его тщеславие. При желании любой ничтожный червяк может занять в нашем обществе положение, удовлетворяющее его властолюбие. Так что презрение к материальным благам, должностям, почестям в нашем обществе есть лишь объективная оценка существа этих факторов нашей жизни. Здесь все, не освещенное духовностью, уродливо, фальшиво, ничтожно. Я уверен, что со временем даже власть имущие поймут простую истину: лишь в религиозном свете мирские блага обретают человеческий высокий смысл. Богатство, власть и слава — одно в обществе, в котором заметную роль играет религия, и совсем другое в обществе с разрушенной религией.
В: Но ведь и в нашей Стране существуют религиозные организации и верующие. И они имеют возможность служить своей вере. Почему вы так настаиваете на своих утверждениях?
О: Я говорю о религии, адекватной данному обществу. То, о чем вы сказали, суть лишь трупы прошлого, поддерживаемые из тех или иных соображений, фактически враждебных религии. Так, православная церковь вам весьма удобна как мощное средство предотвратить вспышку реальной религиозности, порождаемой всем строем нашей современной жизни. Потому-то вы сажаете в тюрьмы и сумасшедшие дома таких, как я, а не православных попов или служителей других форм традиционных старых религий.
В: Как вы решаете вопрос о смерти?
О: Смерть неизбежна. Надо жить так, чтобы в любую минуту быть готовым к ней. И встретить ее человек должен спокойно и достойно, как должное. Страх смерти не должен заполнять Душу и овладевать ею. Имеется система упражнений, благодаря которым достигается такое отношение к смерти. Это главным образом молитвы с благодарностью за дарованную жизнь и о готовности расстаться с нею. Но они дают эффект лишь при том условии, что сама ваша жизнь праведна и отвечает нормам религии. Однако такое отношение к смерти не есть полное отсутствие мысли о смерти и страха смерти. Религиозный человек должен постоянно думать о скоротечности жизни и о предстоящей смерти, ибо только сознание праведно прожитой жизни, которая скоро оборвется, дает подлинно человеческое удовлетворение. О смерти не думает животное.
В: Каковы принципы вашей религии, касающиеся отношения человека к окружающим людям — к коллегам, сослуживцам, знакомым, друзьям, врагам и т.д.?
