Первое, что нам предстояло сделать – это решить проблему с деньгами. А именно – распланировать свои финансы. Так как прибыли у нас сейчас никакой не было, и, возможно, не скоро еще будет, надо было понять, на что и где нам жить? Я говорю нам, так как эта проблема касалась нас обоих. Моя квартира была съемная, и за нее приходилось платить, а Миша жил в квартире брата, и хоть сам за нее не платил, но чувствовал зависимость от Станислава, чувствовал тяготение от этой ситуации. Но за нас этот выбор сделала судьба, хотя она применила для этого не самый приятный способ, так сказать.
Из аэропорта мы отправились к Мише домой, потому что у него сегодня был День Рождения, и он предложил отметить его скромно дома, посидеть вдвоем, приготовить ужин, посмотреть фильм. Я согласилась, не раздумывая, так как тоже соскучилась по тихой уютной обстановке. Забросив чемодан в квартиру, он сразу отправился в магазин за продуктами, так как холодильник был пустой. А я осталась немного прибраться и отдохнуть с дороги.
Не успела я перевести дух, как раздался звонок в дверь. Я подумала, что это Миша забыл ключи, и открыла, даже не заглянув в глазок.
– Ты так быстро вернулся? – сказала я с улыбкой на лице, отворяя дверь.
Но, мое выражение лица сразу изменилось, потому что я увидела перед собой незнакомую женщину, лет шестидесяти.
– Ты кто? – спросила она у меня. По ней было тоже заметно, что она ожидала увидеть совсем другого человека.
– А вы к кому? – ответила я вопросом на вопрос.
– Это квартира моего сына, Михаила. Он дама?
Тут меня охватила легкая паника. Я была совсем не готова к такой встрече с его матерью. И что-то мне подсказывало, что она меня сразу невзлюбила.
– Он вышел в магазин, скоро будет, – попыталась ответить я более приветливым голосом, – проходите, пожалуйста.
Она вошла в квартиру. Увидела на моих ногах свои тапочки и недовольно покосилась на меня.
– Вот возьмите, – сразу догадавшись о ее мыслях, я сняла тапочки и подвинула ей, оставшись босиком.
Она опять с недовольством покосилась на меня, затем на тапочки. Но, все-таки, посчитала нужным надеть их, показывая тем самым свое превосходство.
Затем она прошла в гостиную и села в кресло.
– Дома почти ничего нет, я могу предложить вам только стакан воды. Желаете?
– Дома? Ты живешь здесь?
– Нет, что вы. У Миши дома, я хотела сказать.
– Кто ты? И почему находишься в квартире моего сына. Он не боится оставлять тебя здесь одну?
– А почему он должен боятся? Я же не воровка.
– Кто знает, сейчас никому нельзя доверять.
– Меня зовут Вера, я подруга вашего сына.
– Подруга? Давно дружите? Не помню, чтобы он о тебе рассказывал.
Я решила, все-таки, принести ей водички, а то как-то совсем неловко проходило наше общение. Я начала мысленно просить Мишу вернуться поскорее, чтобы как-то облегчить мое положение.
Затем его мама увидела два наших чемодана, стоящих рядом и ее настроение еще больше ухудшилось.
– Вы вместе были в Париже?
– Да, – тихо ответила я. Почему я чувствовала себя виноватой?
– Интересно. Об этом он тоже не говорил. А за чей счет, можно спросить? Ты сама оплатила свое путешествие?
– Нет.
– Я так и думала.
– А ты знаешь, кто оплачивает все Мишины расходы, эту квартиру, его поездку в Париж?
– Знаю.
– И кто же? Думаешь, он сам? Думаешь, нашла богатенького дурачка? Сколько тебе лет, не поздновато ли перед мальчиками молоденькими хвостом крутить?
Я начинала злиться. Этот разговор совсем перестал быть любезным и доброжелательным.
– И на какой вопрос вы хотите, чтобы я ответила первым? Может, вам стоит дождаться сына и послушать его рассказ, прежде чем обвинять меня в чем-то?
– Может, я хочу послушать твою версию.
– Как пожелаете.
Я перестала быть любезной и позволять к себе такой тон, с которым она говорила. Подошла ближе и спокойно сказала:
– Во-первых, попрошу вас не произносить слова, которые могут обидеть других, не думаю, что Миша был бы рад услышать все это.
– С ним я сама поговорю, посмотрим, на чьей стороне он будет.
– Это ваш выбор.
– Надеюсь, ты не будешь мне свои права предъявлять?
– Вы сами задали мне вопросы и попросили на них ответить.
– Я тебя внимательно слушаю.
– Во-вторых, я ни перед кем хвостом не кручу, как вы выразились. Я не считаю себя виноватой в чем-то, и не собираюсь перед вами оправдываться. Вы совсем меня не знаете, но позволяете себе пренебрежительно ко мне относиться.
– Гордость заиграла? Надо было раньше думать, прежде чем соблазнять юного мальчишку.
– Ваш сын сам вправе решать с кем быть.
– Да ты с ним только из-за денег. Где ты вообще его подцепила?
– Каких денег? У него нет денег.
– А у его брата есть.
– Так почему же я не соблазнила Станислава тогда, разве это было бы не логичнее?
– Он тебе не по зубам.
– Вообще-то, я сама не захотела с ним быть.
– О, так ты еще более расчетливая, чем я думала.
– Нам не нужны его деньги.
– Да? А жить вы на что будете? Может, у тебя есть высокооплачиваемая работа? Где ты работаешь, что готова содержать Мишу?
Это был удар ниже пояса.
– Я сейчас без работы.
– Ха-ха-ха. Почему-то, я и не сомневалась. Тебе не кажется, что в твоей истории что-то не вяжется?
