Пока я лечил Алекса, мы провели довольно много времени вместе и я не нашел причины, чтобы не рассказать ему о нас с Люси. Было видно и понятно, что некоторые вещи ему неприятно слышать, но он старался это принять, потому что по-настоящему любит свою сестру.
— Так что, ты хочешь сказать, что вы с ней с детства вот так общаетесь? И ты тогда уже клинья к ней подбивал?
— Нет, тогда я не мог ничего ни к кому подбивать, потому что был под воздействием чипа.
— А этот твой… дружбан? У него есть чип?
— Нет, он удалил его, иначе тут, в городе его легко было бы вычислить. Но он был под ним очень долго, поэтому он опасен. И очень силен.
— Ну… ты же знаешь как с ним справиться? Или опять все ляжет на бесстрашных? Как и с недовольниками?
— Я знаю только одно, нужно уничтожить Оракул. Из-за него все проблемы, и станция, и игра, и чипы, все получилось из-за того, что он создавался для помощи, а превратился… в хозяина. Хотя там на станции, они до сих пор думают, что управляют им. Но на самом деле это он управляет ими.
— Слушай. Мне непросто все это понять и осмыслить, но… Ты, правда, общаешься с ней мысленно? И знаешь все, что она думает? А она слышит тебя?
— Нет, — улыбнулся я, зная его мыслеформы. Алекс с содроганием думал, что врагу не пожелал бы такого. Нет, он очень любит свою жену, но пускать ее в свою голову… — Мы с ней закрыты друг для друга. И для других безупречных. И для Оракула тоже. Но мы можем приоткрывать блок и общаться с ней, как… по коммуникатору. Только мысленно.
— Да неужели, — Алекс почесал бороду, и оглядел меня своим хитрым стальным прищуром. — А в моей голове, значит, тебе копаться ничто не запрещает?
— На самом деле… запрещает, — упокоил я бесстрашного. — У нас есть кодекс, который не позволяет использовать свой дар, когда нет необходимости или угрозы для жизни. Я могу прочесть мысли, которые на поверхности, но чаще всего я блокирую способности, иначе можно сойти с ума от гигантских потоков информации.
— Ну и о чем же я сейчас думаю?
— Ты думаешь, что я гребаный х*есос и от меня нужно держаться подальше, — соврал я ему, стараясь сохранять серьезное выражение лица.
— Ты слишком хорошо о себе думаешь, безупречный. И имей в виду, я с легкостью убью тебя, если только ты задумал какую-нибудь подлость. Или обидишь Кнопку. Тогда я сначала оторву тебе…
— Я понял. Можешь не продолжать, — уже откровенно давясь от смеха, перебил я Алекса. Все-таки нравится мне этот парень!
— Стой! Бл*, это ж получается, Люси тоже может знать о чем я думаю! Вот черт…
Только сейчас я понял, что не слышу Люси так давно, что даже если она закрылась, я бы ощущал ее присутствие, но даже этого нет. Затолкав обратно тревожность и страх за нее, я принялся сканировать все подряд, чтобы выяснить кто и где последний раз ее видел. После того, как они с напарником подорвались на мине, ее больше никто не видел, и сейчас предельно прислушиваясь, я неожиданно услышал полный отчаяния голос: «Рииииз!»
«Да, Люс, я слышу, что случилось?» — но ответа не последовало. Прорыв был спонтанный, будто сквозь глухую стену, но я успел понять, что она, скорее всего, в крайней опасности. Не обращая больше внимания ни на кого, я сорвался с места, интуитивно следуя, как ищейка, нацелившись на определенный объект. Она попалась, я понял это почти сразу. Мне не нужно было отпускать ее от себя, были бы мы с ней вместе, я бы не допустил, чтобы она попала в ловушку. Я все время держал ее на виду, Зейн просто воспользовался правилами бесстрашных, подстерег, подловил… Он всегда был слишком умный, даже для безупречного…
Вот уже совсем близко, я даже могу слышать обрывки мыслей… «Надо уходить…», «Блок слабеет…», «Нужна живой…».
— Люси! — сорвался в отчаянии крик. — Люси, ответь мне! — я уже понял, что не успею. Слишком долго, слишком поздно… Выскочив на открытое место, я увидел только два силуэта, удаляющихся вглубь помещения и готовящихся скрыться в открытом подвальном люке. Черт, будут уходить через тоннели! Ну это просто, мы сможем их там быстро догнать, им просто некуда будет деваться! Какая-то назойливая мысль вертелась в сознании, но я отгонял ее, ускоряя бег, как только это было возможно. Кричать бесполезно, они, вероятно, парализовали ее, она меня уже не услышит. Что я буду делать, как буду отбивать девушку, я не думал даже приблизительно, сконцентрировавшись только на том, чтобы не дать им уйти. Потому и не сразу заметил отлетевший небольшой диск, звякнувший возле моих ног, и даже не успел осознать, что это такое, как мощный импульс пронзил все тело, резко выдергивая меня болью из бытия.
* *
