Я даже не знала пугаться мне сейчас или так и стоять, разинув рот от удивления. Шельма? Нет, серьёзно?! Подняла глаза к губам, которые посмели выдать это… это… безобразие, подозрительно знакомым голосом. Ну, кто бы сомневался? Демон собственной персоной.
Лицо его было таким каменным, будто мне вообще это его «ма» показалось. Только зелёные глаза чуть ярче, чем обычно, странно поблескивали. Сглотнув слюну, я всё тем же тоном удивления, в котором пребывала, выдала какую-то несуразицу.
– Что? Кто? Я не… Простите, я так задумалась, что не увидела даже вас, то есть… Вас тоже… В смысле…
Взмахом руки моя почему-то путаная речь была оборвана.
– Я говорю, доброе утро, адептка Шель. Спешите на занятия?
Мне что, действительно только показалось или я уже с ума схожу? Ну не мог же он, в самом деле, допустить подобное обращение?
– С добрым утром. Да, я спешу.
– Ну так идите, адептка Шель, – напомнил мне о насущном демон, отступил и как ни в чём не бывало направился дальше.
Что это было вообще? А главное – куда вся ненависть к моему лицу подевалась? Ещё буквально вчера меня просто поливали этими жуткими взглядами, а сегодня даже искорки, даже намёка нет.
Первую половину первой пары я отсидела очень нервно, несмотря на интересную лекцию по расовым принадлежностям, вторая для меня протекала очень медленно, и я то и дело косилась на дверь.
Ко второй паре я уже ёрзала, не в силах оторвать от нее взгляд, ожидая, что вот-вот войдут двое в поисках меня любимой, а к третьей паре я возненавидела само своё существование, желая уже поскорее быть обнаруженной, ведь ожидание наказания хуже самого наказания.
Но даже на четвёртую пару никто не объявился. Разве что приходила наш куратор и сделала объявление о двух весьма значимых событиях. Первое – в конце недели администрация академии организует бал в честь праздника просветления, чего за академией никогда не наблюдалось. Второе – с сего дня запрещено покидать территорию учебного заведения без разрешения лично ректора.
Почему-то попахивает жареным, вы не чуете?
Вся наша группа (да-да, даже парни) оживилась в преддверии гулянки. Аста почему-то не обратившая на меня никакого внимания, обсуждала со своим серпентарием наряды к балу. Камира чуть ли ни счастливо повизгивая, повисла на моей руке.
– У меня как раз есть классное платье, а я думала, что до конца учёбы не смогу его надеть! А ты что оденешь, Напи?
А я погрузилась во тьму беспроглядную, где витают мои мрачные мысли. Где носит бабушку?! Неужели не пришла? Или не смогла добиться от ректора согласия на проверку? Да скорее рак на горе свиснет, чем какой-то демон сможет встать у неё на пути. На неё это совсем не похоже, она бы уже с раннего утра стояла у порога академии. Так что ей могло помешать? Метеорит упал? Срочный шабаш? Маловероятно в обоих случаях…
Я так глубоко задумалась, что даже не обратила внимания, как Ками щелкает пальцами у меня перед глазами.
– Напи, ты вообще меня слушаешь?!
В последнее время я слишком рассеянная, того и гляди похитят и не замечу.
– Да, я не пойду на бал. У меня нет платья подходящего.
– Как нет?! – возмутилась подруга. – Ты столько нарядов у Матильды выиграла в прошлом году! И разве ты не слышала, что куратор сказала? Присутствие обязательно!
Многоликая… Ты издеваешься надо мной?
Мне только мыслей о предстоящем празднике не хватало. Ну ладно, платьев на подобные случаи, скажем, в моём шкафу полно, есть из чего выбирать. Но я не стану этим заморачиваться, пока не выясню, что задержало двух нежданных гостей. А ещё жених этот нарисовался, не стереть. Два с половиной года ему было плевать на то, что по неизвестным причинам сорвалась свадьба, сейчас же он вдруг про меня вспомнил. Слухи до него, видите ли, дошли.
Мой угрюмый вздох окончательно раздосадовал Ками, которая пыталась добиться от меня адекватной реакции на затеянное администрацией академии торжество.
– Нет, Напи, я абсолютно не понимаю, что тебе не нравится. До столовой ты была в нормальном настроении, а сейчас, как в воду опущенная, – причитала ведьма. – Не в обиду русалам! – поспешно добавила, заметив на себе неодобрительный взгляд одногруппников. – Это всё из-за письма, да?
– Это по многим причинам, Кам. Знаешь, я, пожалуй, не пойду на обед. Боюсь, мне сейчас любой кусок поперёк горла встанет. Увидимся на ужине, ладно?
Подруга возмутилась, но промолчала, видя, что у меня совершенно нет настроения. Я, скорее всего, вымотала себя переживаниями, и сейчас мне очень хочется спать. Но стоило мне войти в коридор этажа, где находилась моя комната, я поняла, что сон на сегодня отменяется. У двери в комнату Камиры стояла бабушка.
