Ведь не может же Дрю быть таким идиотом, неужели он и вправду думает, что на этот раз сможет выйти сухим из воды.
— Так что будем делать? — Кристина чуть не срывается на крик из-за переживаний за подругу.
— Искать.
Мне самой хочется заголосить, но кто-то должен оставаться спокойным. Сегодня это моя прерогатива. Мы выходим в пустынный коридор и спускаемся в самый низ «Ямы», решив начать поиск со спортивной площадки. Первый час мы еще пытаемся бороться с паникой, но когда доходим до лазарета, и обнаруживаем там на койке Дрю, нехороший червячок подозрений превращается в огромную кобру фактов: Дрю без сознания и ничего выяснить у него нельзя, а дежурившая медсестра говорит, что когда она заступила, парень уже был здесь. Мы обшариваем все уголки фракции и решаем уже звать на помощь, когда одна мыслишка, посещает мой похмельный мозг.
— Идем, — тяну я Кристину за руку, и поясняю, поймав вопросительный взгляд, — доктор Стивенс должен был видеть того, кто привел Дрю, может, сможем что-либо узнать у него.
Протарабанив по двери дока, я невольно усмехаюсь, когда Роджер выскакивает почти одетым и с походным чемоданчиком.
— Что опять? — недовольно вскидывается он, готовясь бежать в спальню неофитов.
Мы с трудом его останавливаем и, получив втык по полной, все-таки выясняем, что Дрю привел вечером Фор.
— Пойдем к нему? — даже как-то немного смущается Крис. — А, может, они там того…
И только тут до меня доходит, какое «того» она имеет в виду. Вот, значит, как, меня чуть не заклеймили за якобы связь с лидером, а сами уже инструктора заклеили. Ишь какие!
— Пойдем конечно, — с нажимом говорю я. — Нужно все доводить до конца. Если она у Фора, то спокойно отправимся досыпать.
Кристине эта идея очень не нравится, но я непреклонна, как никогда, и расплачиваюсь за это сполна, когда на лестнице, ведущей на этаж с расположенными там комнатами бесстрашных, нам встречается одна сисястая знакомая. Весь ее растрепанный видок дает ясно понять, что ночка у нее была бурной.
«Ну вот» — расстраиваюсь я. — «Теперь все встало на свои места».
— Эта та, которая сосалась с Эриком? Да? — шипит Крис мне в ухо, на что я лишь киваю. — Так, у тебя было что-то с ним, или как? — не отстает она, находя эту ситуацию удобной, для того, чтобы, наконец, все выяснить.
— Или как, — огрызаюсь я. — Отстань.
Злиться на Кристину было не за что, но я злюсь, отказываясь признавать, что вытащенная напоказ интимная жизнь лидера, меня не просто задевает за живое, она пробивает брешь насквозь.
Наконец, найдя комнату Фора, мы тихонько скребемся в дверь, памятуя, как навешал нам люлей Док за слишком громкую долбежку, поднявшую его по тревоге. И, увидев смущенное лицо инструктора, мы все понимаем без слов. Он что-то порывается нам сказать, но мы, уже кивая, на манер китайских болванчиков, спиной отступаем назад. С облегчением поняв что воробушек живая, а у нас еще есть время покемарить.
Утро выдается тяжелым, мы сидим за столом и вяло ковыряемся в тарелках. Физических тренировок сегодня нет, а, значит, неофиты могут позволить себе позавтракать. У меня кусок не лезет в горло, я отчаянно зеваю, допивая остывший чай. Уснуть после ночных поисков мне не удалось, перед глазами так и стояла картина милующейся в коридоре парочки. Намучившись вдоволь, я складываю все свои глупые чувства в маленький сундучок, запираю на крепкий замок и прячу в самые дальние закрома своего сознания, на затворки ноющей души.
Запрещаю себе думать об Эрике.
Так будет лучше, иначе мне никак не выбраться из этой тьмы. Черт. Я люблю его и ненавижу, даже не зная, какое из чувств сильнее сжигает меня в прах и сводит с ума. И винить кого-то бессмысленно, за все расплачиваться все равно придется самой. А что будет дальше? Не знаю. Я живая, я свободная, но душа моя и стонет и дрожит, ощущая, что захвачена в плен фальшивых иллюзий. Ревность, обида, грусть, падают слезами с ресниц.
Хватит!
Это просто смешно. Я не хочу быть собачонкой, жмущийся к ноге благодетеля.
Не хочу. И не буду.
— Трис, — вскрикивает Кристина, заставив меня оторвать взгляд от темной жижи, плескающейся в железной кружке. — Что случилось?
Воробушек идет к нам, пробираясь между расставленных в ряд столами бесстрашных. На ее бледном личике отчетливо проявляются следы побоев, а великоватый на несколько размеров мужской свитер явно с чужого плеча. Она садится между ребятами, будто ища поддержки и защиты, костяшки пальцев содраны, из чего становится ясно, что вчера ей пришлось туго.
— Рассказывай, — сурово требует Уилл.
Наши ночные подозрения оказываются не беспочвенными: когда вчера Трис возвращалась в спальню, на нее напали трое, избили и попытались скинуть в пропасть. Подоспевший Фор отлупил двоих нападавших, которыми оказались Дрю и Андре, а третьему удалось сбежать, оставшись неизвестным. Трис не видела его лица, но подозревает Питера.
— Это не он, — уверенно отрезаю я. — Когда вечером мы вернулись в спальню, Питер храпел как трактор.
