Ольга Павловна. Странно... Народ куда-то гурьбой бежит...
(С улицы доносятся шум, лошадиное ржание. Вбегает Агафья).
Агафья. Господа хорошие! Глазам не верю! Подъезжают! Уже на нашей улице! Сказывают, в карете сами великий князь Александр Михайлович и великая княгиня Ксения Александровна!
(Пристав выбегает из столовой.)
Федякин (Пичугину). Подходящий случай облегчить душу, Сергей Иванович. Покайтесь сразу высоким особом. Глядишь, Ксения Александровна замолвит за вас словечко перед государем, и его императорское величество ради сестры наказание вам смягчит.
(Пичугин молча сидит в прежней позе.)
Эберлинг. Ольга Павловна, позвольте выразить вам искреннее восхищение. Никто не обратил внимания на все эти мелочи, даже дядюшка. А вы блестяще в них разобрались и разоблачили злодея. (негромко) Как жаль, что мне не доведется стать вашим зятем...
(Эберлинг смотрит на Анну, та отворачивается.)
Ольга Павловна (не слушая Эберлинга). Ах, Анечка, я все-таки верю, что ее императорское высочество Ксения Александровна меня узнает!
Занавес.
