Петро же, основным занятием которого до всех военно-политических событий были заработки за границей, то есть работа на хозяина, сроду не занимавшийся никаким бизнесом, вначале с трудом вписался во всю сложившуюся уже здесь иерархию отношений, но быстро сообразил, что прежде всего следует обзаводиться полезными знакомствами с людьми, лучше него умеющими "крутиться". Среди таких была и уже упомянутая Валентина, и ещё несколько приближённых, которым Петро до поры до времени доверял.
Не то чтобы он совсем не ждал неприятностей. Однако, когда в магазин хозяйским шагом зашёл высокий круглолицый человек с колючим взглядом и без обиняков заявил, что ему полагается доля со всех торговых точек на этой территории, Петро, мягко говоря, слегка приуныл и озадачился. На размышления ему дали один день, а требуемая сумма была весьма существенной.
— Больше, чем ты сможешь заплатить, не требую, — с издевательским добродушием заявил ему новоявленный "хозяин территории". — Я ж не зверь какой. Но то, что назвал, плати или лети отсюда сизым голубем.
Петро действительно мог заплатить указанную сумму, но проблема в том, что тогда вся его торговая деятельность просто не имела никакого смысла, ибо, если столько будет требоваться каждый раз, он останется в сплошных убытках.
— А это уже, дорогой, твои проблемы, — добродушно усмехаясь, сказал нежданный посетитель. — Меня они, как ты понимаешь, не колышут.
Петро от своих осведомителей попытался разузнать о госте, и от того, что узнал, его прошиб холодный пот. Степан Новиков, коренной харьковчанин с высшим экономическим образованием, начинал свою деятельность ещё вместе с Билецким в "Социал-национальной ассамблее", а его уверения, что он "не зверь какой", были, мягко говоря, слегка преувеличены. Среди приближённых он давно уже проходил под громким и красноречивым прозвищем "Поджигатель". Отличился ещё на Майдане, когда собственноручно жёг "беркутовцев", с усмешкой глядя им в глаза, потом деятельно участвовал в трагических событиях в Доме профсоюзов в Одессе, а приехав в Мариуполь, уже и вовсе не жалел никого, в принципе не воспринимая местных как людей.
В общем, это именно и был тот самый отморозок, который не ищет себе оправданий, прямо и цинично признавая все свои злодеяния и без обиняков заявляя, что будет совершать их ещё, пьянея от собственной безнаказанности. И безнаказанность эта была обоснованной, поскольку во всех торгово-экономических нюансах выпускник-краснодипломник харьковского вуза был уж явно не чета закарпатскому "заробитчанину", а верным людям, которых он успел собрать вокруг себя, Петровы приближённые и в подмётки не годились. Были там среди прочих и юристы, они под каждые неблаговидные методы ведения дел своего шефа могли подвести такую законодательную базу, что никакие проверки не подкопаются. Подкапываться, правда, никто и не спешил — официальные блюстители закона и порядка держались подальше от Поджигателя, держащего в страхе весь Мариуполь. Будь он попроще, и вовсе не беспокоился бы о законодательной стороне вопроса, определив сам себя законом и не слушая вообще никого. Однако предусмотрительный "воин света" предполагал, что не вечно в жизни этого региона будут длиться "девяностые", и хотел остаться на плаву, когда времена изменятся. А для этого нужны железные тылы и безупречная репутация. Причём безупречной она должна оставаться в любом случае — в какую бы сторону ни повернула жизнь.
С таким конкурентом Петро тягаться не имел сил и возможностей, но по привычке стал искать возможность выкрутиться. Ему как-то уж слишком деятельно помогала Валентина, отправляла каких-то своих знакомых на переговоры, о чём неизменно рассказывала Петру, ему же самому советовала под разными предлогами не попадаться Новикову на глаза. По-видимому, Петро ещё не догадывался, что никаких знакомых и в помине не было, а сама Валентина давно уже играла против него, переметнувшись к более влиятельному покровителю. Он всё ещё надеялся на свою удачу, от которой практически ничего не осталось.
Жить Петровой удаче, как, собственно, и ему самому, оставалось до сегодняшней встречи возле одной из обычных мариупольских школ.
Но пока что делящие власть в городе "герои Майдана" не знали, что на эту встречу явятся другие гости, которых уж все они точно — совершенно не ждали.
— Начиталась анекдотов про Штирлица, теперь если будут показывать — фильм такой серьёзный, а ты будешь сидеть и смеяться.
Вернёмся немного назад — всего лишь на несколько дней. Именно тогда, безлунной ночью, группа людей выдвинулась из столицы Донецкой Народной Республики в сторону "українського міста" Мариуполя.
