Я разочаровалась в любви. Первый мой мужчина изменил мне через неделю после свадьбы, второй — оставил внебрачного сына. Третий отправил в почетную отставку, да еще поручил найти невесту своему наследнику. Проще говоря — сослал в далекую провинцию. Что же, я и в столице покорила самого государя, и на водах не пропаду, тем более я богата, красива и уверена в себе. Все икшарские князья будут у моих ног! Отныне — все отношения только по расчету!Но откуда взялся второй? Что значит “заберу сына”? А четвертый намеревается заполучить меня любыми способами, не брезгует и похищением! Кажется, не так уж я сильна в арифметике! Срочно нужен пятый, кто меня спасет, да где ж его взять?
— Моя супруга снова беременна. Целители уверяют — будет мальчик.
Я с удивлением покосилась на своего венценосного любовника. Мы почти не обсуждали ни его жену, ни детей. Не то, чтобы мне было не любопытно — еще как любопытно! Просто… сам не заводил подобных разговоров. Ну разве что спрашивал совета — что подарить молодой супруге. Или вскользь упоминал о выдающихся успехах наследника. Но сейчас государь смотрел на меня с ожиданием, и я, перевернувшись на живот и словно случайно приспустив при этом покрывало, дабы он имел возможность лицезреть мои пленительные изгибы, нахмурила брови:
— Третья беременность за три года! Не бережете вы свою жену, Ксандр.
Государь явно ждал не этих слов.
— Рядом с ней всегда лучшие целители! Ее здоровью ничего не угрожает!
По сердитому взгляду и поджатым губам я поняла: угодила в больное место. Он все и сам прекрасно понимает, но никогда в этом не признается.
После того, как первая супруга Ксандра была убита революционерами, а сын похищен, к вопросу престолонаследия государь подходил с полной серьезностью. Мальчишка нашелся, но Ксандр очень боялся, что с ним снова что-то случится, и государство останется без наследника трона.
Ксандр ненавидел революционеров, и его можно было понять.
Я ему в жены никак не годилась. Разведенная женщина — и рядом с государем? Такой плевок в душу народ не простит. К тому же мой единственный сын принадлежал к роду Снежиных, Ксандр никак не сможет с этим смириться.
Супругу он себе выбрал как племенную кобылу. Здоровую, крепкую, послушную. Она уже родила ему двух дочерей и теперь вот носила долгожданного сына. Вероятно, я должна была поздравить его величество, а не напоминать ему про то, что он в который раз жертвует одним человеком ради целого государства.
Но я сама была мать и прекрасно знала, что выносить и родить даже одного ребенка совсем не просто. Сначала тошнота и слабость, потом расплывшаяся фигура и боль в спине, дальше — роды. И даже если рядом лучшие целители — рожать-то не им!. Вдобавок я во время беременности ухитрилась сломать зуб… Нет уж, ни за что я не соглашусь на подобное испытание вновь!
Тем более, что роль фаворитки его величества меня более чем устраивала. Ксандр был щедрым и заботливым любовником, денег и нарядов на меня не жалел, в постели был ласков, каких-то особых условий, кроме абсолютной верности, передо мной не ставил. Вначале, впрочем, он требовал, чтобы я всегда была рядом, и днем и ночью готовая исполнить свою роль, но я живо ему объяснила, что собачкой у его ног сидеть не согласна. У меня может болеть голова или быть плохое настроение. Я могу уехать на Юг навестить отца или в горы к сыну. И ничего, его величество потерпит. Если уж совсем невмоготу станет, то пусть навестит жену.
Как ни странно, Ксандр согласился на такой расклад. Думаю, именно это ему во мне и нравилось: я не робела и не пресмыкалась перед ним, не боялась его в гневе. И всегда делала то, что хочу. Меня за это ненавидели женщины при дворе, а мужчины старались избегать. Друзей на Севере я так и не нашла, но на самом деле мне было плевать. Развлечений здесь хватало. В конце концов, никто не смел дерзить мне в лицо, а уж что там говорят за спиной, меня волновало мало. Грязь прилипает к тем, кто в ней копается.
… а государь продолжал смотреть на меня пристально и сердито. Я совершенно не понимала, чего он от меня хочет.
— Альмира, тебе стоит уехать на какое-то время, — наконец, соизволил он мне объяснить свое странное поведение. — Маргарет не нужны лишние волнения.
— Я ее тревожу? Вот это новость! — сев, я выпрямила спину и прикрыла грудь покрывалом. — Разве она не знает обо мне уже пять лет?
— Знает, конечно.
— Я ей так сильно мешаю?
— Не думаю.
— Тогда в чем проблема? — я все еще искренне недоумевала.
— Ты ее раздражаешь. Сейчас, когда она ждет сына, я не хочу тревожить ее ничем.
Какая гадость! Когда государыня носила дочерей, никто не собирался с ней считаться. Но наличие у ребенка отростка между ног все меняло! Не понимаю я этого лицемерия! Почему сыновья для мужчин так важны?
Теперь меня еще и выставляют прочь из государевой опочивальни, словно нашкодившую болонку! Может быть, Ксандр и подарки обратно заберет? И тот славный домик в Вышецке, где так приятно отдыхать на целебных источниках?
Унизительная ситуация, но к ней стоило быть готовой с того самого дня, как я стала фавориткой Ксандра. И без того я продержалась долгих шесть лет — даже супруги друг другу надоедают за столь солидный срок! Не понимаю только, чем я помешала Маргарет. У нас с ней нейтралитет. В конце концов, я была его любовницей еще до того, как ее выбрали женой. Если она сама не может удержать возле себя мужа — это точно не мои проблемы.
