Ли Бо
В различных переводах
Переводы Ю. К. Щуцкого {*}
{* Воспроизводится по изданию: Антология китайской лирики VII-IX вв. по Р. Хр. Перев., прим. Ю. К. Щуцкого. М.- Пг., 1923.- Прим. ред.}
Чистые воды
Воды прозрачны-чисты,
И месяц осенний сияет.
Я в озере южном срываю
Белых кувшинок цветы.
Лотос, - почти говорит,
Мой баловень нежный, любимый;
И в лодке проплывшего мимо
Грустью меня он разит.
После пьянства, когда мы катались
с советником Шу по озеру Дунтин {1}
Вот если бы убрать - стесать
Откос Царевниной Горы {2},
То воды Сяна {3} с той поры
Открыли бы широко гладь,
Отведал я Балинских {4} вин.
Я их, не зная меры, пил,
И вот уж хмель меня убил
В красе осенних вод Дунтин.
Вспомнилось о "Горах Востока"
Много лет в "Горах Востока"
Быть мне не пришлось...
А цветы цвели уж сколько
Раз в "Пещере Роз"?
Там и тучка исчезала
Без меня, одна...
За который дом упала
Светлая луна?..
Одиноко сижу в Цзинтинских горах
Прекратился уж полет высокий
Птиц, летающих сплошною стаей.
Тучка сиротливо-одиноко
На свободе в дали уплывает.
И, друг другу не надоедая,
Смотрим друг на друга я и горы.
И докуда зрение хватает,
Есть лишь эти горные просторы.
Весенней ночью в г. Лояне {5} слышу свирель
Из чьего, я слышу, дома звуки яшмовой
свирели,
В темноте летя, пропели?
Проникают эти звуки в вешний ветер,
устремляясь
В город Ло и рассыпаясь
Нынче ночью меж мелодий и печальных
и тоскливых,
Слыша "Сломанные ивы" {6},
Кто же может не заметить, что о родине
в печали
Думы на сердце упали?!
Думы в тихую ночь
В изголовии ложа
Сияет, светлеет луна.
Показалась похожей
На иней упавший она.
Посмотрел на луну я,
Лицо к небесам обратив,
И припомнил родную
Страну я, лицо опустив.
Среди чужих
Ланьлинского {7} прекрасного вина
Густ золотистый аромат.
И чаша яшмовая вновь полна:
В ней с блеском янтари горят.
И пусть теперь хозяину меня
Вином удастся опьянить
Тогда, где будут чуждые края,
Я не возьмусь определить.
Тоска у яшмовых ступеней
Я стою... У яшмовых ступеней
Иней появляется осенний.
Ночь длинна-длинна... Уже росой
Увлажнен чулок мой кружевной.
Я к себе вернулась и, печальна,
Опустила занавес хрустальный.
Но за ним я вижу: так ясна
Дальняя осенняя луна!
Примечания
{1} Дунтин - название озера.
{2} Гора над Дунтином. Место прогулок Сянской царевны при императоре Шуне (III тысячелетие до Р. Хр.).
{3} Сян в южном Китае.
{4} Местность в провинции Хунань, в южном Китае, славящаяся винами.
{5} Лоян - одна из древних столиц Китая.
{6} "Сломанные ивы" или "Сломанные тополя и ивы" - название мотива из "Антологии династии Хань" (III в. до Р. X.- III в. после Р. X.). Когда расставались друзья, они приходили на берег реки и, сорвав по ветке ивы или тополя, дарили друг другу на память.
{7} Ланьлин - местность, славящаяся вином.
Ю. К. Шуцкий
Переводы Л. 3. Эйдлина {*}
{* Воспроизводится по изданию: Поэзия эпохи Тан. М.: Худ. лит-ра, 1987. Сост., вступ. статья Л. 3. Эйдлина.- Прим. ред.}
x x x
Оба сидим и друг с другом пьем.
Цветут на горе цветы.
Чарка одна, и еще одна
Третья чарка за ней!
Я охмелел и хочу поспать,
Ты можешь пока идти.
Завтра же вновь, если ты не прочь,
С Цинем приди сюда.
Переводы К. Д. Бальмонта {*}
{* Воспроизводится по изданию: К. Бальмонт. Зовы древности, "Слово", Берлин, 1923. - Прим. ред.}
Пред сумраком ночи
(Крик воронов)
В облаке пыли Татарские лошади с ржаньем
промчалися прочь.
В пыльной той дымности носятся вороны, - где б
скоротать эту ночь.
Близятся к городу, скрытому в сумраке,
ищут на черных стволах.
Криком скликаются, ворон с подругою
парно сидят на ветвях.
Бранный герой распростился с супругою,
бранный герой - на войне.
Вороны каркают в пурпуре солнечном,
красная гарь на окне.
К шелковой ткани она наклоняется,
только что прыгал челнок.
Карканье воронов слыша, замедлила,
вот замирает станок.
Смотрит в раскрытые окна, где зорями дразнят
пурпурности штор.
Вечер разорванный в ночь превращается,
черным становится взор.
Молча идет на постель одинокую, вот,
уронила слезу.
Слезы срываются, ливнем срываются,
дождь в громовую грозу.
Переводы А. А. Ахматовой {*}
{* Воспроизводятся по изданию: Поэзия эпохи Тан. М: Худ. лит-ра, 1987. Сост., вступ. статья Л. 3. Эйдлина. - Прим. ред.}
Поднося вино
Неужто вы не видите, друзья,
Как воды знаменитой Хуанхэ,
С небесной низвергаясь высоты,
Стремятся бурно в море,
Чтоб не вернуться больше?
Неужто вы не видите, друзья,
Как в царственных покоях зеркала
Скорбят о волосах, - они вчера
Чернее шелка были,
А ныне стали снегом?
Достигнув в жизни счастья,
Испей его до дна,
Пусть полон будет кубок
Под молодой луной.
Мне небом дар отпущен,
Чтоб расточать его.
Истраченным богатством
Я овладею вновь.
Быка зажарим, друга,
Но для веселья нам
Сейчас же надо выпить
Заздравных триста чаш.
Учитель Цэнь
И ты, Даньцю,
Коль поднесут вино,
То пейте до конца,
А я вам песнь спою,
Ко мне склоните ухо:
Изысканные яства
Не следует ценить,
Хочу быть вечно пьяным,
А трезвым - не хочу.
Так повелось издревле
Безмолвны мудрецы,
Лишь пьяницы стремятся
Прославиться в веках.
Князь Цао Чжи когда-то
Устроил пир в Пинлэ,
И десять тысяч доу
Там выпили шутя.
Напрасно наш хозяин
Сказал, что денег нет,
Вина еще мы купим,
Чтобы друзьям налить.
Вот быстрый конь,
