— Ох, ничего себе, какой зверь! — воскликнул он, перекатываясь вокруг Кузьмы. — А чем питается?
Кузя сгрузил с себя рюкзаки с собранным ингредиентом, которые упали на говорящий камень.
— Эй, осторожней, громила! — возмущённо воскликнул он, с трудом выскакивая из-под придавившего его груза. — Считай, что я тебя пока прощаю, но не надейся…
— КЛАЦ! — звуколов выстрелил челюстью рядом с камнем, и Кругляш откатился.
— Всё понял, — дрожащим голосом ответил он. — Обидеть не хотел, чесслово. Я не в претензии… Кидай свои мешки куда хочешь, ради Каменного Бога.
— Забавный он у тебя, — улыбнулся я старушке.
— И слишком болтливый… — вздохнула Ядвига. — Ладно, давай-ка взвесим всё, что ты добыл. И точно ли то, что нужно.
— Серебряный мох, как и заказывали, — довольно улыбнулся я. — Чистейшей пробы.
— Ты бабушке зубы не заговаривай, — насупилась Ядвига. — Показывай, что есть. И ссыпай вон туда.
Старушка махнула в сторону большого ковра из пожухлой листвы.
— Прямо туда? — сомнительно посмотрел я на подготовленную поверхность.
— Ну да, надо взвесить, — кивнула Ядвига.
Кузьма высыпал гору поблёскивающего мха на то место, куда указала Ядвига, и старушка довольно причмокнула.
— Восемьдесят три кэгэ, — довольно улыбнулась она, а её глаза заблестели, словно она поддала одного из своих зелий, только с алкогольной составляющей. — Это просто шикарно! Даже с солидным запасом!
— Я в тот мир не вернусь, — предупредил я. — Не получится.
— А кто тебя заставляет?.. Так, а почему не вернёшься? — удивилась старушка.
— Тиана уничтожила островок, на котором мы появились в начале, — ответил я. — Он же был платформой для перемещения.
— Нет, такие «платформы», как ты говоришь, восстанавливаются, — Ядвига улыбнулась мне, как наивному ребёнку. — На следующий день на том месте опять будет остров.
— Понятно, — кивнул я.
— И кто такая Тиана? — удивилась старушка. — С кем вы уже там успели зацепиться?
Мне пришлось рассказать о нашем приключении, и Ядвига удивилась.
— Ну вы любители собрать вокруг себя проблемы, — охнула она. — Ваше счастье, что вы не попались племенам. Я же говорила — никакого контакта.
— Не получилось, — признался я. — Да и они сами нарвались.
— Понятно всё с вами, — тревожно улыбнулась Ядвига. — Но Акулыча обязательно приведи ко мне. Надо бы его осмотреть и выдать укрепляющее зелье. Прикосновения этих туземцев могут пагубно сказаться на его здоровье.
— Я пока ничего не заметил, — ответил я старушке.
Я уже изучил через связующую нить физическое и ментальное состояние Акулыча, а также не забыл про его магический источник. Всё было идеально чисто. Ни одного повода задуматься, будто что-то не так. Но старушке я доверял. Раз она говорила, что нужно проверить, то опасалась чего-то.
— Я приведу его сегодня, — пообещал я.
— Обязательно, чем раньше, тем лучше, — закивала Ядвига, затем взглянула на Кузьму. — Пусть твой здоровяк мне поможет. У меня есть большой котёл, а самой тяжело его вытаскивать из дома.
— Да без проблем, — я тут же дал указание Кузе, и тот поспешил за старушкой.
Через пару минут Кузьма перенёс котёл, и старушка энергично принялась за дело.
Ну а я решил её не отвлекать. Мы с Кузьмой вернулись в поместье.
Конечно, меня тут уже встретили родители и позвали на обед. За столом, насытившись вкуснейшим зелёным борщом со сметаной и запечённой уткой, я принялся рассказывать о недавнем путешествии в водный мир, о столкновениях с аборигенами и прочими неожиданностями.
Правое крыло императорского дворца, в то же время.
Алексей встретился с Леонидом Дмитриевичем Залесским и Петром Александровичем Родниковым.
Эти два советника императора изначально зуб точили на Смирнова. Как только он появился на небосводе имперском, аки ясно солнышко.
В последнее время только они поддерживали его. И только благодаря им он держался, чтобы не высказать всё отцу. Они объяснили Алексею, что он только проиграет от прямого конфликта со своим отцом. Тот государь, а он его сын. Ведь так и наследования трона можно лишиться, а в ближайшей перспективе — карманных денег и зыбких связей с элитой, большая часть которой на стороне того же Смирнова.
Сейчас они обсуждали противодействие Сергею Смирнову, который совсем все берега попутал.
Поначалу они хотели взять в совет и Орлова, но затем Залесский предупредил, что у министра обороны слишком длинный язык, который развязывается после третьего бокала пива. А он зачастил в последнее время посиживать в частной пивоварне при имперском дворе.
— Пётр Александрович, вы очень встревожены, — подметил Алексей. — Случилось что?
Родников, тучный пожилой мужчина с короткой стрижкой, перевёл на него взгляд и тяжело вздохнул.
— Ваше Высочество, у него в качестве питомца появилась гаргулья, — тихо ответил он. — Вам не кажется это показательным?
— То, что гаргулья одна из самых опасных тварей Империи, я в курсе, — кивнул Алексей. — Развивайте дальше мысль.
Залесский, лысый старик с белой козлиной бородкой, взял слово.
