– Даже не думай! Я не приму столь дорогую вещь, – категорично отказываюсь я.
– Но Николь… это платье…оно…
– Оно мне не нужно, Эми, – понижаю голос так, чтобы нас никто не услышал. – Куда я, по-твоему, пойду в таком платье? Подметать шлейфом грязные улицы Энглвуда или, может, вытанцовывать в «Атриуме» перед мужиками? Боюсь, они не оценят наряда – уж больно много лишней ткани.
Мысленно представляя всю нелепость этой картины, я лишь сильнее убеждаюсь, что подобное платье, как и любая другая элегантная одежда, не для меня. В ближайшем будущем мне однозначно суждено носить только невзрачные шмотки, что не станут привлекать ко мне лишнего внимания, либо жалкие обрывки тканей в «Атриуме», где отсутствие одежды как таковой лишь приветствуется и увеличивает мои шансы заработать больше.
Кстати, по поводу денег…
В ту ночь я унеслась из «Атриума» сломя голову, наплевав и на деньги, и на то, что своим побегом от клиента однозначно перечеркнула возможность сохранить себе работу.
И представьте моё удивление, когда я ещё не успеваю добежать до дома, как мой телефон разряжается звоном с именем Эрика на экране, который, будто сговорившись со своим братом-близнецом, решил ошарашить меня несвойственным для себя поведением.
Если причину поразительного терпения Тони я выяснила ещё во время
Мало того, что он выплатил мне оговорённые с Тони пять тысяч за приват, так ещё был бесконечно признателен за безупречно проделанную работу.
Клянусь, он так и сказал:
И подождите… Это ещё не всё!
Главной вишенкой на тортике моего глубокого ступора стало миролюбивое заверение Эрика в том, что впредь он не станет докучать меня уговорами о предоставлении интимных услуг клиентам; позволит спокойно продолжать участвовать в групповых танцах в шоу и работать только в зале; и окажет мне своё личное покровительство в случае любых проблем и происшествий во время смен в клубе.
Что за добрая муха укусила этого алчного мерзавца – для меня непостижимая тайна, которую я вряд ли смогу разгадать, но, немного придя в себя после ситуации с мужчиной и как следует подумав, я поняла, что не могу не воспользоваться столь удачным шансом остаться в «Атриуме», даже несмотря на то, что теперь весь наш «дружный» женский коллектив точит на меня зубы.
Заработанные в ту ночь пять тысяч спасли нас от потери квартиры, но сумма долгов, годами накопленных мамой и Филиппом, до сих пор остаётся солидной, на покрытие которой мне необходимо выдержать ещё как минимум полгода изнурительной работы в клубе.
Остаётся лишь надеяться, что друг Тони больше не явится туда. А даже если и так, то я просто буду стараться не попадаться ему на глаза, так же, как я это делаю с Марком, который пару раз был замечен мной в «Атриуме» в полубессознательном состоянии в компании моих коллег.
– Ты точно уверена? – сочувственно переспрашивает Эми, не отрывая взгляда от платья. – Оно так тебе идёт! Если ты переживаешь из-за денег, то не стоит. В плане финансов родители меня не ущемляют, да и ты же знаешь, что мне для тебя ничего не жалко. – Обойдя меня сзади, подруга опускает подбородок на моё плечо.
– Знаю, Эми, но дело, правда, не только в деньгах. Как бы я ни хотела, но это платье никогда не впишется в мою убогую жизнь. – Склоняю голову к её щеке, пытаясь справится с щемящим чувством, неприятно сдавливающим мне грудь.
– Не говори так, Николь, твоя жизнь не… – Эми собирается что-то возразить, но отвлекается на ритмичный звон, доносящийся из её сумки.
Она отстраняется от меня и, взглянув на экран мобильного телефона, мгновенно расплывается в такой лучезарной улыбке, что даже спрашивать не надо, чтобы понять, кто ей звонит.
Я медленно направляюсь обратно в раздевалку и в последний раз перед тем, как снять с себя нежнейшую ткань платья, аккуратно провожу рукой по переливающейся водной глади юбки, с грустью задумываясь: смогу ли я когда-нибудь позволить себе подобную роскошь или хотя бы просто выбраться из нищеты?
К тому времени, как я выхожу из кабинки, сияющая Эмилия уже заканчивает расплачиваться за покупки и пытается собрать многочисленные пакеты.
– Дай что-то мне. – Подхожу к ней, желая облегчить ей задачу.
– Я сам помогу, – неожиданно рядом с нами доносится мужской голос, который я предпочла бы никогда не слышать, и уже в следующий миг стильно одетый брюнет вынимает обновки из рук Эми, следом целуя её в губы. – Привет, детка.
– Марк?! Что ты здесь делаешь?! – Сбитая с толку Эми ещё больше округляет свои крупные глаза. – Ты же только что сказал, что едешь домой.
– Так и есть, но решил сначала забрать тебя, – он игриво подмигивает.
– Серьёзно? – Эмилия расплывается в блаженной улыбке, глядя на своего идола с благоговением.
