Тогда же, в апреле, начался последний этап массового уничтожения варшавского гетто. Посланный польскими подпольными властями в Лондон Ян Карский еще до отъезда из Варшавы успел встретиться с двумя представителями еврейского подполья. Те подготовили подробный отчет о сложившемся положении для представления его Западу. Позднее Карский описал эту встречу: В их глазах были отчаяние, боль и безнадежность, которую выразить во всей полноте они были не в состоянии. Говорили они очень тихо, скорее даже шепотам <…> а у меня при этом создавалось впечатление, будто они кричат. <…> — Невозможно, чтобы демократы могли со спокойной совестью вынести на повестку дня утверждение, будто в Европе нельзя спасти еврейский народ. Если можно спасать американских или английских граждан, то почему нельзя организовать ни должном уровне спасение хотя бы только еврейских детей, женщин, стариков и больных? Предложите немцам обмен. Предложите им деньги. Почему союзники не могут выкупить несколько тысяч польских евреев? <…> Почему мир позволяет нам умирать? Разве мы не внесли своей лепты в развитие культуры и цивилизации? Разве не работали, не боролись, не проливали кровь? <…> Скажите еврейским руководителям, что это — не проблема политики или тактики. Пусть земля содрогнется до самого основания, но мир должен пробудиться. <…> Надо найти в себе силы и мужество принести равно мучительную и такую же незаменимую жертву, какой является судьба моего гибнущего народа…
В Лондоне Карский встретился со Шмулем Зыгельбоймом — представителем Бунда в Народном Совете при правительстве Польши. Зыгельбойм вот уже два года напрасно пытался обратить внимание правительства союзников на судьбу польских евреев. С полученной телеграммой, которую показывал всем, он обегал пороги всех возможных управлений:
Варшава, 20 апреля, 1943. О. [очень] срочно. 19 числа четыре отделения эсэс с танками и артиллерией начали истребление остававшихся в варшавском гетто. Гетто ответило героическим военным сопротивлением. Обороной руководит Еврейский боевой отряд, сосредоточивший почти все группировки. Из гетто постоянно доносятся звуки канонады и мощная детонация. Над районом зарево пожаров. Над территорией, где идет бойня, кружат самолеты. Результаты битвы предопределены заранее. Вечером над позициями защитников гетто вывесили знамя с надписью: «Мы боремся до последнего». <…> Нужна немедленная помощь. Пусть Международный красный крест проведет осмотр как всех гетто, так и лагерей смерти в Освенциме, Треблинке, Белжеце, Собибоже, Майданеке и других концлагерях в Польше.
