Я подумала, что могла бы подойти к женщине и вызвать ее на откровенный разговор. Но тут же очень четко ощутила ее эмоции.
Гнев, ненависть, желание все сокрушить на своем пути. Стало ясно: все разговоры сейчас бессмысленны. Софья медленно поднялась и пошла к себе. А я ретировалась на веранду.
Вадим вернулся ближе к обеду. Еще только взглянув на него, я поняла: есть новости.
— Хозяюшка, как насчет пивка? — заголосил он, поднимаясь на веранду.
Софья не ответила, должно быть, находилась в своей квартире. Вадим направился к холодильнику и взял две бутылки пива.
— Пока нас еще не выперли, воспользуемся сервисом, — усмехнулся он, садясь напротив.
— У нее был Ивлев, — сообщила я. — Они немного поскандалили из-за Венькиных рисунков.
— Ивлеву в принципе его художество не нравится или что-то конкретное?
— Думаю, конкретное. Да жаль, не знаю, что.
— Да, любопытно было бы взглянуть.
— Это вряд ли. Ивлев рисунки сжег.
— Ничего. Было бы желание, парнишка еще нарисует. У меня есть новость, — прихлебывая пиво, продолжил он. — В то утро, когда Пырьев предположительно уехал, сосед видел старенькую «Хонду». Говорит, рано утром пошел по нужде, услышал шум двигателя и выглянул в окно.
— На номер внимания, конечно, не обратил?
— Обратил. Номер был грязью заляпан.
— Ну да. Накануне шли дожди…
Тут я внимательно посмотрела на Вадима, он усмехнулся.
— Ты думаешь, эта та «Хонда», которую мы с тобой видели?
— Вот именно, так я и думаю, — кивнул он. — Мне все это время не дает покоя мысль: куда в прошлый раз подевалась эта тачка? Учитывая очень непростой ландшафт и исторические реалии… Короче, уверен, нас ждет сюрприз.
— Машину прячут где-то на берегу?
Шесть лет назад, когда исчезла мать Вики, соседи видели «Хонду». В день предполагаемого отъезда Пырьева мы тоже ее видели. Возможно ли, что некто использует ее на протяжении последних шести лет, а местные до сих пор не в курсе, кто хозяин? Если он не хочет, чтобы об этом знали, и пользуется ею только в крайнем случае…
— Сомневаюсь, что ее будет просто найти, — сказала я.
— Мы ее найдем. Вот только пиво допьем, и найдем, — усмехнулся Вадим.
На поиски мы отправились через полчаса. Начали с того места, где в прошлый раз увидели машину, и попытались восстановить ее дальнейший маршрут, на это ушло больше часа. Наконец мы выбрались к реке, и вот тогда я увидела ветхий забор из сетки-рабицы.
— А это что? — спросила я в замешательстве.
Забор держался на пяти столбах, два из которых вплотную примыкали к довольно высокому холму. Трудно было понять, этот холм — природное сооружение или дело рук граждан? Учитывая местную историю, могло быть и так, и эдак. Створки ворот были стянуты цепью, на которой болтался навесной замок. Рядом — табличка с характерным рисунком: череп и скрещенные кости с надписью «опасно».
— И что это, по-твоему? — повторила я, продолжая разглядывать забор.
— Сейчас узнаем, — отозвался Вадим и взялся за замок.
Наличие отмычек меня не удивило — я знала, что они входят в его джентльменский набор, удивило намерение попасть на огороженную территорию.
— Там же ничего нет, — сказала я.
Волошин уже открыл замок, повесил его на цепь и распахнул створку ворот. Присел на корточки и стал разглядывать землю у себя под ногами — каменистую, поросшую редкой травой. Затем направился к холму. На его вершине находился знак «Внимание! Копать запрещено».
— Какой-то бывший военный объект? — догадалась я.
— Затрудняюсь предположить, что здесь могло понадобиться военным, — вновь присев на корточки и разглядывая склон, сказал Вадим.
— Ну, не знаю… Ракетная точка…
— В таком месте? Смотри-ка, — усмехнулся Воин и ткнул пальцем в траву.
— Смотрю, но однозначно не вижу того, что видишь ты.
— Трава отличается.
— Правда?
Я присмотрелась повнимательней. Может, трава и отличалась. Та, что у наших ног, казалась более светлой. Вадим между тем достал нож и принялся ковырять им землю. И почти сразу весело хохотнул. А потом и до меня дошло, что перед нами. Дерн маскировал ворота, которые какой-то умелец сделал из шифера. Воин, недолго думая, ударил ногой один раз, второй — и шифер проломился. Еще двумя ударами он расширил дыру. Все это время я пыталась представить, что это за сооружение и зачем понадобилось. А главное, предусмотрена ли статья Уголовного кодекса на случай таких вот вторжений. Вадим достал фонарик и осветил помещение, в которое вели ворота.
Пещера. Скорее всего, искусственная. Кое-где камни обвалились и был виден земляной свод. Пещера абсолютно пуста, что меня скорее порадовало. А ну как и вправду вломились бы на военный объект?
Однако Вадим своей затеи не оставил — пролез в образовавшуюся дыру и стал осматриваться, светя фонариком. Подумав, я полезла за ним, хотя не видела в этом никакого смысла. Он между тем наклонился, провел рукой по полу из каленых плит, поднес руку к лицу и принюхался.
— Ну вот. Гараж мы уже нашли, — сказал Вадим.
— Гараж? — не поняла я.
