— Хочу взглянуть на место заточения Пырьева. Вот и заглянул в сарай. Кое-что полезное нашлось…
— Хочешь спуститься? Зачем? — нахмурилась я.
— Так… Есть кое-какие мыслишки.
— Тогда я с тобой.
— Со мной полезешь? — усмехнулся он.
— Нет. Хочу быть уверенной, что с тобой ничего не случится.
— Я взрослый мальчик, но за заботу спасибо. Надеюсь, она продиктована любовью и нежеланием меня потерять.
— Лучше не скажешь.
Мы вернулись в номер, чтобы переодеться. Сарафан я сменила на спортивные штаны и футболку, сандалии — на кроссовки. Вадим тоже переоделся в спортивный костюм, подхватил рюкзак, и мы отправились к тем самым злополучным кустам. Камень спасатели вернули на место, чтобы в дыру не провалился еще кто-нибудь. Вадиму вновь пришлось его отодвигать.
— Охренеть, какой затейник! — ворчал он.
— Кто?
— Наш дорогой друг, который так оригинально расправляется с неугодными. Ты-то, надеюсь, не сомневаешься, что Пырьев попал сюда не случайно?
— Упал, подпрыгнул, задвинул камень и приготовился встретить свою кончину? Чересчур сложный способ самоубийства.
— Да уж…
Из рюкзака Вадим достал веревку, обвязал ее вокруг камня, сделал на конце петлю, чтобы удобней было держаться, и начал спуск. Довольно скоро он достиг дна и встал в полный рост.
— Глубина метра четыре! — крикнул он. — Шансов выбраться самостоятельно никаких.
Вадим включил фонарик, луч света плясал на неровных стенах пещеры. Все время, пока Волошин находился внизу, меня не покидала тревога. Я то и дело оглядывалась, а еще — прислушивалась к своим ощущениям. Непохоже, что рядом кто-то был. Но тревога не проходила.
Наконец Вадим выбрался на поверхность, сел на край ямы, свесив вниз ноги, и вытер потный лоб.
— Воздух спертый, но Пырьеву повезло. Свод еще в одном месте обвалился, дыра совсем небольшая, где-то там, — Вадим ткнул пальцем за свою спину. — Но воздух через нее все же поступал. И это не позволило Пырьеву задохнуться.
— Жуть, — сказала я, невольно поежившись. — Ты ведь полез туда не только для того, чтобы узнать, как Пырьеву удалось выжить?
— Не только, — кивнул Вадим, поднимаясь и сдвигая камень на место. — Скажи, милая, что тебе напомнил этот каземат?
— Рисунок Вениамина? — вздохнула я. — Ты ведь не думаешь…
— Не спеши, — перебил он, устраиваясь на камне лицом ко мне. — Допустим, Пырьев узнал некую страшную тайну. Почему бы его тогда просто не убить? А потом не спрятать тело?
— Потому что убийца — маньяк, и такой изощренный способ убийства как раз в его натуре.
— Или у него на то, чтобы, к примеру, проломить Пырьеву голову, просто сил не хватило?
— Ты хочешь сказать… — испуганно покачала головой я.
— Давай посмотрим на все это с другой точки зрения, — продолжил Вадим. — Что мы имеем? Семью из трех человек, где гад-папаша терроризирует жену и сына. Они от него сбегают, начинают новую жизнь, вполне счастливую, между прочим. И тут вновь появляется папаша, чтобы порушить на фиг эту счастливую жизнь. Но пацан за это время малость подрос.
— И они с матерью решают отстаивать свое счастье? — подсказала я.
— Вдвоем с матерью или он один. Венька шляется по округе и наверняка ее знает лучше многих местных. Сколько здесь таких каменных мешков? — кивнул Вадим себе под ноги. В каком-то из них наверняка упокоился изверг-папаша. Но на этом дело не закончилось. Появляется Пырьев. Он подозревает Софью и, возможно, Ивлева как ее вероятного сообщника. И вскоре оказывается под землей, шанс оттуда выбраться ничтожно мал, но он все же есть. Так какой смысл убийце рисковать?
— Хочешь сказать, Венька заманил его сюда и просто столкнул в яму? Это тоже непросто. Я имею в виду, дыра недостаточно велика, чтобы в нее свалиться. Пырьев попытался бы ухватиться руками за тот же камень.
— Критику принимаю. Мы не знаем, как пацан это проделал, зато моя версия объясняет, почему Пырьева не убили сразу. А дальше совсем просто: Софья, узнав о том, что сотворил ее сынок, пытается отвести от него подозрения.
— И обращается за помощью к Ивлеву? В этом причина их размолвки и его не сложившихся отношений с Венькой? Любящий мужчина пришел на помощь, но прекрасно понимает, кого они с Софьей вынуждены покрывать. Черт… Согласна, твоя версия многое объясняет. Но какое все это имеет отношение к исчезновению матери Вики?
— А никакого, — развел руками Вадим. — Возможно, она скончалась от рук убийцы, а может, кто-то сбил ее на дороге и с перепугу бросил умирать в один из каменных мешков. Вот тебе и мучительная смерть.
— А рисунки Вени — лишь фантазии… — кивнула я. — Остается только «Хонда». Зачем ее кому-то прятать?
— Вопросов по-прежнему вагон, — сказал Воин, поднимаясь. — А нас ждет обед и переезд к Зиновьеву.
Переезд много времени не занял. Веньки в гостинице не было, Софья в разговоры с нами не вступала, взяла ключ и тут же удалилась. Ее подавленность за это время только усилилась. Ничего удивительного, Пырьев в больнице, есть шанс, что быстро пойдет на поправку и, разумеется, сможет рассказать, как он оказался в каменном мешке.
