— Хорошо, на базар мы съездим, но вам лучше не ездить с нами. Вас все знают, и это спугнет заклинателя. Мы съездим одни, посмотрим, приедем назад и тогда решим, что делать.
На базаре охотники с трудом протискались через густую толпу, окружавшую заклинателя.
Здоровенный детина с лохматой бородой, одетый в неописуемую рвань, в грязном колпаке, сидел в центре очерченного по пыли небольшого круга. Справа и слева от дервиша стояли две корзины, сверху закрытые тряпьем. От толпы зрителей его отделяли еще две неправильные окружности, между которыми прямо в пыли лежали скомканные бумажные деньги. Денег было много.
Заклинатель что-то монотонно бубнил себе под нос. На шее у него висела пара длинных извивающихся черных змей. Время от времени дервиш снимал змей с шеи и совал в одну из корзин. Затем он доставал из корзины новых змей и опять вешал их себе на шею.
В толпе зрителей то и дело раздавались робкие возгласы восхищения.
Достаточно было одного взгляда, и Костя понял: змеи, с которыми выступал заклинатель, — неядовитые. У мошенника были безобидные, но очень эффектно выглядевшие большеглазые полозы, песчаные удавчики и стрелы-змеи.
— Поехали, друзья, в Кара-Су, — сказал Костя, выйдя из толпы. — Нам нужна одна эфа в качестве главного актера и Курбан-Нияз. Устроим спектакль, пусть каждый запомнит свою роль… — он подробно рассказал друзьям, что задумал.
Заехали в райисполком, изложили руководителям района свой план. Те одобрили его.
И вот, возвратившись на базар, охотники вновь протиснулись через толпу. Как раз в это время дервиш приступил к главному номеру своей «программы». Покопавшись несколько минут в одной из корзин и вытащив из нее сразу несколько черных и серых змей, гнусаво бормоча что-то, он бросил их прямо на землю возле себя. Змеи пытались ползти в стороны, но что-то их не пускало. Оки не могли преодолеть невидимой связи с «факиром», несколько минут барахтались в пыли на солнце, потом повернули и быстро поползли к заклинателю. Все это объяснялось просто: змеи панически боялись прямых солнечных лучей и, как только забивались в тень от фигуры дервиша, тотчас сворачивались в клубки и замирали. Заклинатель, продолжая бормотать, сгреб их в кучу и затолкал обратно в корзину.
Толпа охнула, как один человек, и в круг опять полетели деньги.
Курбан-Нияз, стоявший в первом ряду толпы, внезапно упал на колени.
— О святой дервиш! — закричал он во все горло. — О чудотворец! Правда ли, что ты возьмешь без вреда для себя в руки любую змею?
Толпа затихла. Все внимательно слушали, что ответит дервиш.
— Нечестивец! — загремел в тишине голос дервиша. — Как ты смел нарушить тишину в то время, когда я беседую с духами. Замолчи, или духи, разгневавшись, причинят тебе горе!
Дервиш видел, что Курбан-Нияз одет так, как обычно одеваются местные горцы, и, не ожидая подвоха, решил посильнее напугать дехканина.
— Не гневайся, о святой дервиш! Я видел, что ты занят важным делом. Но ответь мне, недостойному! Я вижу твою святость и не могу поверить словам людей, говорящих о том, что все твои змеи неядовиты, — продолжал Курбан-Нияз.
— Кто сказал тебе эти непотребные слова? Веди его сюда, и мои змеи покажут ему, сколько у них яда! Он будет валяться в пыли у моих ног и молить меня, чтобы я исцелил его, но я этого не сделаю, и еще до того, как закатится солнце и наступит ночь, его грязная душа пойдет прямо в лапы шайтана! Не вздумай ты, нечестивец, переступить заколдованную черту. С тобой будет то же!
Заклинатель произнес эти слова угрожающим тоном и принялся укладывать змей в корзину, очевидно, собираясь уходить.
— Подожди, дервиш, — на чистейшем узбекском языке остановил его Костя. — Ты говоришь, что твои змеи поразят любого, кто переступит заколдованный круг?
— Переступи, узнаешь, — грубо ответил дервиш.
— Смотрите, люди, я сейчас переступлю все три заколдованных круга, и ни одна змея не тронет меня! — обратился к толпе Костя.
Вздох пронесся по толпе, когда Костя вступил в первый круг.
— Мусульмане! — чувствуя неладное, завопил дервиш. — Этот неверный поражен безумием! Он не знает, как опасны наши змеи! Он нарушает заколдованный круг! Змеи выйдут из повиновения и покусают многих из вас! Удержите безумца во имя собственных жизней!
От толпы отделилось несколько мужчин. На ходу засучивая рукава, они решительно двинулись к Косте.
Видя это, Алексей решил, что Косте грозит беда, и рванулся через толпу на помощь другу. Илларионыч крепко схватил его за плечи.
— Стой, дурень, — спокойно сказал он, — Все испортишь. Костю никто не тронет.
Алексей остановился.
Костя спокойно протянул навстречу приближающимся мужчинам обе руки, и те отпрянули в сторону и прижались к первым рядам толпы. В обеих руках его извивались две тонкие змейки.
— Ты узнал священные заклинания! — снова заорал дервиш, пытаясь выиграть время и ускользнуть. — Это не спасет тебя от моего гнева! Ты погибнешь от своих змей!
С этими словами дервиш затрясся и, быстро сплевывая в обе стороны, начал что-то быстро бормотать.
В толпе раздались крики ужаса.
