В сердце Антарктики полностью

Суббота 16 января. Встали в 6 часов и после завтрака прошли с санями 3,2 км. Там сложили все свое тяжелое снаряжение и запасы, за исключением палатки, спального мешка, примуса, котелков и небольшого количества провизии. Все это вместе с треногой инклинатора Ллойд-Крика и ножками теодолита, которые должны были служить вешками, нагрузили на сани и отправились дальше. Через три километра расставили треногу инклинатора вместо знака, чтобы найти дорогу обратно, – для определения курса компас с горизонтальной стрелкой был здесь непригоден. Еще через три километра поставили ножки теодолита, а через следующие 3 км – расставили палатку и устроили легкий завтрак. Оттуда мы прошли еще восемь километров по направлению к Магнитному полюсу, чтобы попасть в точку, которая, по вычислениям Моусона, являлась его средним положением, именно – 72°25’ ю. ш., 155°16’ в. д.[131] Моусон поставил фотографическую камеру и приспособил к затвору бечевку так, чтобы захватить всю группу и нам можно было снять самих себя. Мы с Маккеем укрепили флагшток. В 15 часов 30 минут мы обнажили головы и подняли английский флаг. Согласно инструкции, данной мне лейтенантом Шеклтоном, я громко произнес: «Эта область, охватывающая Магнитный полюс, принимается мною во владение Британской империи». В то же время я, дернув за бечевку, спустил затвор, и группа наша была сфотографирована. Затем мы трижды прокричали «ура» в честь его величества короля. Между тем небо к северу от нас покрылось кучевыми облаками. Мы высказывали даже предположение, что не так далеко должно находиться море, свободное ото льда, над которым могли образоваться пары этих облаков. Если принять во внимание, что позднее нами была открыта глубокая выемка береговой линии в южном направлении позади мыса Северного, то возможно, что точка, на которой мы находились, была не так уж сильно удалена от моря.

Слева направо: Маккей, Дэвид и Моусон на Южном магнитном полюсе. 72°15' ю. ш., 155°16' в. д. 16 января 1909 года

В то время, когда мы поднимали флаг, температура воздуха была —17,8 °C. Все чувствовали облегчение после стольких дней тяжелых трудов, невзгод и опасностей и глубокое удовлетворение, что смогли выполнить данное нам поручение. Мы исполнили пожелание, высказанное еще сэром Джеймсом Кларком Россом после достижения им в 1831 году Северного магнитного полюса, пожелание, чтобы удалось достичь и Южного магнитного полюса! Но вместе с тем, мы до такой степени утомились, что не были в состоянии проявлять особенного восторга. Главное, что все мы чувствовали – была глубокая набожная благодарность милостивому Провидению, которое сохранило нас и привело к цели. Мы горячо воскликнули: «Благодарение богу!» и, повернув назад, зашагали к видневшейся вдали на белом фоне снега зеленой палатке с такою скоростью, какую только позволяли развить наши усталые ноги.

Обратный путь по твердым и высоким застругам был очень тяжел. Мы очень обрадовались, когда, наконец, увидели маленький темный конус – нашу палатку – над далекими снежными гребнями. Добравшись до палатки, закусили сухарем и кусочком шоколада, выпили по чашке какао. Затем усталые и полуголодные потащились дальше, подобрав по дороге ножки теодолита, а затем треногу инклинатора. Места, где были сложены остальные вещи, мы достигли лишь около 22 часов.

В честь торжественного события ужин наш состоял из похлебки, хотя и скромной, но в большем количестве, нежели обыкновенно, которую мы съели с наслаждением. После ужина Моусон занялся упаковкой саней, а затем мы забрались в спальный мешок, усталые и все еще голодные, но счастливые освобождением от страха, что не удастся выполнить предприятие, терзавшее нас столько недель. Пройдя за день 38,6 км, мы спали хорошо.

На следующее утро, в 10 часов я собрал совет. Мы обсуждали свое положение и шансы не пропустить «Нимрод», если он в поисках нас вдоль берега пойдет по направлению к нашему складу на леднике Дригальского. Еще тогда, когда мы решили идти лишних четыре дня, чтобы добраться до Магнитного полюса, было установлено, что на обратном пути нам придется делать не менее, чем по 31 км в день. От Магнитного полюса до склада на леднике Дригальского было по прямой 418,4 километра. Из них 17,7 км мы уже прошли, возвращаясь с полюса. Оставалось 400,7 км, которые нам предстояло пройти. Было уже 17 января, а «Нимрод» должен был начать поиски с 1 февраля. Так как солнце светило и днем, и ночью, то мы считали вполне возможным, что судно подойдет к леднику Дригальского может быть даже утром 2 февраля.