Стоя, как страж, у окраины Великого ледяного барьера, Эребус являет собою великолепное зрелище. Огромная гора поднимается от уровня моря до высоты более 3950 метров, с нее открывается вид на бесконечное пространство Барьерного льда, возвышающееся над белыми склонами побережья. На вершине горы громадная впадина отмечает положение древнего кратера, а сбоку от нее расположен действующий конус, из которого обычно выходит столб паров или дыма. Восхождение на такую гору – достаточно трудное дело в любой части света и едва ли возможно без опытных проводников. В этих же широтах все трудности, конечно, значительно увеличиваются прежде всего уже чрезвычайно низкой температурой. Наши исследователи вполне понимали предстоящие трудности, но в то же время сознавали, какое большое научное значение будет иметь их поход. Поэтому они приложили все старания, чтобы дойти до самого кратера. О том, как совершалось восхождение, и об его результатах лучше всего рассказать, пользуясь выдержками из представленного мне отчета.
Уже с места нашей зимовки можно ясно видеть следы трех кратеров Эребуса. Это отмечено еще наблюдениями, сделанными издали научным персоналом экспедиции «Дискавери». От уровня моря до высоты примерно 1670 метров склоны вулкана поднимаются постепенно, становясь все более крутыми к основанию первого кратера. Они обильно покрыты снегом и глетчерным льдом, спускающимся до самого берега, где этот лед либо образует обрывы, либо, как у Ледникового языка, вдается в море в виде узкого голубого мола длиной около восьми километров. Однако вблизи мыса Ройдс имеются длинные ровные гряды из коричневого ледникового гравия, а также морены, большей частью непокрытые снегом, которые прерываются массивами черных вулканических скал, достигающих высоты около 300 метров. Над ними до высоты 1500 метров над уровнем моря все покрыто снегом и льдом, за исключением случайных выступов темной лавы, или паразитических конусов, черные силуэты которых четко вырисовываются на светлом фоне неба или снега.
На уровне приблизительно 1800 метров к северу от второго или главного кратера выдается утес в виде огромного черного клыка. Это остаток самого древнего и наиболее низко расположенного кратера. Непосредственно к югу от него поднимается изящным изгибом главный конус, выпуклый наверху и вогнутый в нижней своей части, что так характерно для вулканов. Местами выступают нагромождения обломков вулканических пород, перемежающиеся с крутыми снежными склонами, которые поддерживают края этого второго кратера, достигающего высоты 3470 метров. От его северного края склон опять поднимается сперва постепенно, затем более круто к третьему кратеру, расположенному еще южнее. Именно над этим последним кратером и видно постоянно огромное облако пара.
Во времена экспедиции Росса это облако имело красноватый оттенок из-за отсвета расплавленной лавы, а из кратера по склонам стекали потоки лавы. Во время экспедиции «Дискавери» мы видели красный отсвет лишь раз или два, в зимние месяцы, но тогда мы находились на расстоянии примерно 45 километров от вершины. Возможно, слабые отблески были и в другое время, только мы их не замечали. К тому же, чтобы как следует увидеть гору – она закрывалась местными небольшими холмами, – необходимо было пройти от стоянки судна 200–300 метров.
С нашей теперешней зимовки мы гораздо лучше могли наблюдать вершину вулкана. До нее было всего около 24 км, и с нашей стороны подъем склонов горы к вершине был более плавным. Нам стоило лишь открыть дверь дома, чтобы увидеть полностью большую часть вулкана. Наблюдатели, через каждые два часа производившие метеорологические наблюдения, постоянно видели перед собой Эребус и даже специально смотрели на него, так как он был нашей высокогорной метеорологической обсерваторией. По его вершине мы определяли направление воздушных течений на данной высоте, а потому, конечно, видели и все фазы его внутренней вулканической деятельности. Без сомнения, именно вследствие этих причин за время нашего пребывания на мысе Ройдс, особенно в зимние месяцы, мы смогли отметить почти непрерывную вулканическую деятельность горы. Стало обычным явлением, что люди, выходившие зимой из дома, возвращаясь говорили, что заметно «сильное свечение вершины Эребуса». Временами это свечение было сильнее, иногда слабее. В одном особом случае, когда барометр устойчиво показывал чрезвычайно сильное давление, свечение было особенно интенсивным. Оно то появлялось, то исчезало ночью, примерно через каждые четверть часа. В другое время нам приходилось наблюдать также сильные вспышки пламени на вершине кратера.
