Фэнтезийный роман про рыцарей, драконов, вампиров и эльфов — что может быть банальнее? Но одно-единственное слово может изменить всё, и автору романа предстоит прочувствовать это на себе…
«Больше королевству Хбазанаге ничто не угрожало».
«Пойдёт», — решил автор и щёлкнул «Сохранить».
«Уважаемый редактор…»
С тех пор прошло двадцать лет. Иван Степанович Многобуков, веб-дизайнер средней руки, и думать забыл о том времени, когда ненадолго превратился в писателя. Не от хорошей жизни: Многобуков отчаянно нуждался в деньгах, а статус самого бесправного на свете существа, студента, много возможностей не давал. Но один приятель, вспомнив однажды, что Многобуков зачитывался фэнтези и даже писал в стол какие-то свои наброски, свёл его с издательством.
Так и появились «Хроники Королевства Хбазанаги», толстенький роман о том, как храбрый принц Марпаг сражался с Тёмным Владыкой Чудовищ Жерпсоомом и полчищами его прихвостней, собирал воедино разрушенное королевство, находил верных друзей и, конечно же, героически спасал прекрасную девушку, которая впоследствии стала его женой. По сути, ничего оригинального в романе не было: драконы любили золото и изрыгали пламя, а вампиры боялись солнечного света и кусали жертв в шею. Эльфы были абсолютно светлыми и правильными во всём, а орки были недалёкими громилами. Оборотни в полнолуние превращались в жутких волкоподобных существ, а гномы жили под землёй и добывали драгоценные камни. Наконец, сам Марпаг был мускулистым и отважным молодым человеком, его возлюбленная Омалди — сказочно красивой скромной девушкой, а Тёмный Владыка Чудовищ — уродливым и коварным старикашкой.
Тем не менее, откровенно банальная книга имела некоторый успех — пару раз автор даже давал интервью в газете. Но на этом всё и закончилось: «Хроники» прочно осели на самых неприметных полках, а автор обрёл всеобщую безызвестность.
Ещё одно утро буднего дня. Привычный маршрут, привычный раскрытый ноутбук — неимоверно старый, но надёжный — на коленях. Соцсети, мелкие рабочие поручения, случайные веб-страницы…
А это ещё что?
«Было же время», — усмехнулся Многобуков, наткнувшись на файл «Хроники. doc» в случайно открытой «Новой папке (2)».
До нужной станции ещё четверть Серпуховско-Тимирязевской линии, можно и поностальгировать.
Пролистывая страницу за страницей, Многобуков вдруг вспомнил, что, вообще-то, любил своё творение: сопереживал героям, тщательно прорабатывал описания и сюжетные ходы.
«Осторожно, двери закрываются. Следующая станция — «Объединённая Галактика».
«Что-что?» — встрепенулся Многобуков. — «Заснул я, что ли?»
Многобуков проморгался, поправил очки и осмотрелся.
Все люди исчезли. Да и вагон метро… больше не был вагоном метро. Вместо сидений — какие-то футуристичного вида пластиковые ящики, вместо схемы метро — дисплеи с непонятными обозначениями, вместо поручней — прозрачные цилиндры с сине-зелёной пузырящейся жидкостью.
А в окнах виднелся…
Космос. Звёзды, туманности и вроде бы даже планеты.
«Ну и сон!» — подумал Многобуков. — «Ладно, сейчас меня разбудят, вытолкают из вагона… ёлки, я ж на работу опоздаю!»
Но ничего не изменилось. Никто не потрепал Многобукова по плечу и не окликнул: «Мужчина, конечная!». По-прежнему бывшего писателя окружали футуристичные ящики, непонятные дисплеи и загадочные цилиндры с жидкостью. И космос за окном.
Вдруг послышались чьи-то шаги. Многобуков захлопнул ноутбук и через секунду пожалел о том, что это сделал — ведь шум мог привлечь кого угодно!
Последствия не заставили себя ждать. К Многобукову приблизилось человекоподобное существо с длинной шеей, вороньим клювом и совиными глазами. Существо было одето в серебристый комбинезон с зубчатыми зелёными линиями на рукавах и штанинах.
— Хе-хе, нашёлся! — весело выкрикнуло существо и обратилось к Многобукову: — Ты кто?
— Я ч-человек, — выдавил Многобуков, с ужасом глядя в совиные глаза.
— Нет, это я — человек, — усмехнулось существо.
— Нет, это я — человек, — чуть увереннее повторил Многобуков.
— Это я — человек, слышь!
— Я — человек! А ты… непонятно кто!
— Это ты непонятно кто! Посмотри в зеркало!
— Сам посмотри! Ты не похож на человека!
— Коликтак, — раздался чей-то голос, одновременно меланхоличный и строгий — очевидно, по интеркому. — Что там у тебя?
— Нашёл зверюшку, капитан! — тут же отозвался «человек» с совиными глазами. — Странный товарищ какой-то: на меня похож, только шея короткая, и клюва нет. А ещё разговаривать умеет. Говорит, что человек. Хе-хе! И чего только этот старый хрыч не вырастит у себя в лабе!
— Попрошу не называть меня старым хрычом! — вступил третий голос, рычащий, но исполненный интеллигентности.
— Извините, профессор! Молодой хрыч! — гаркнул Коликтак и звонко захохотал.
Рычащий голос пробормотал что-то не очень вежливое, и тут вступил четвёртый голос — мягкий женский:
