Ник представил себе, как Мэг вошла в эту дверь и нашла своего отца повесившимся. Он разглядел глубокие борозды на дубовой балке над одним из денников, где веревка врезалась в дерево. Выгравированная на бронзовой дощечке надпись гласила, что это прежнее обиталище арабского скакуна Уиклиффа.
В этом роскошном помещении стоял сейчас Ганнибал.
Жеребец Ника не обратил на хозяина никакого внимания. Его взгляд был прикован к кобыле в деннике напротив. Это была здоровая, ухоженная гнедая, предназначенная для повседневной работы. Она наблюдала за Ником с холодным подозрением. Еще одна кобыла находилась в соседнем деннике.
Услышав шаги по гравию снаружи, Ник нырнул в соседний с Ганнибалом денник, присел на корточки и притаился.
– Привет, мои красавицы, – ласково поздоровалась Маргарита с лошадьми. – И тебе, Ганнибал, тоже привет. Я вижу, ты умеешь так же легко очаровывать девушек, как и твой хозяин.
Ник услышал хруст яблока. Ганнибал любил яблоки.
Мэг подошла к стене и сняла седло с крючка. Потом открыла денник первой кобылы.
– Он тебе нравится, да? Он – красивый дьявол, – шепнула она кобыле, и Ганнибал гордо всхрапнул. – Но он не для таких, как ты. Он привык к более изысканным особам. – Она тяжело вздохнула. – Только лондонские красотки – две или три – ему подойдут.
Николас закрыл глаза. У него защемило сердце от горечи в ее голосе. Как Мэг могла полагать, что он ее не хочет? Он взглянул вверх на поврежденную балку.
Он с ней об этом не заговорит, пока не исправит вред, причиненный ей в жизни. Пока не докажет, что достоин ее.
Он подождал, пока Маргарита оседлала кобылу и вывела ее во двор. Наблюдал, как она взобралась на лошадь и ускакала. Сам быстро оседлал Ганнибала. Жеребца не пришлось уговаривать. Как только Николас вскочил в седло, его конь пустился галопом вслед за Мэг и ее кобылой.
Дорога в Лондон лежала справа от них. Нужно было только повернуть Ганнибала в том направлении, перепрыгнуть живую изгородь и ускакать.
Но Маргарита выбрала дорогу слева, ведущую к лесу. Ник видел, как она мчится галопом по открытому полю, низко склонившись к шее лошади. Она сидела на кобыле верхом по-мужски, и ветер трепал ее волосы за спиной, как боевой флаг. Внезапно его охватило желание, стеснившее грудь, не давая дышать.
Он повернул Ганнибала вслед за женой.
Мэг мчалась навстречу ласковому ветру, желая, чтобы он унес прочь ее сердечную боль, смятение и страх. Без ребенка старая герцогиня погубит ее. Мать будет уничтожена, раздавлена, узнав правду о смерти мужа. Николас прав. Она тоже не хотела отдавать своего ребенка такой женщине, как его бабушка. Мысли летели по ветру, обгоняя наездницу.
Возвращение в Уиклифф напомнило ей о том, что она только подтвердила опасения отца на свой счет – из нее вышла ужасная жена.
Она позволила ветру осушать свои слезы. Единственная причина, почему ей вообще удалось выйти замуж, – обман Темберлея. Должно быть, он боится, что каждый ребенок, которого она родит ему, пойдет в нее. Только представьте себе: красавец Дьявол Темберлей, любимец прекрасных женщин, со своей безобразной женой и таким же непривлекательным отпрыском. Бульварные газеты будут торжествовать, упиваться успехом.
Гораздо легче дразнить ее, соблазнять, пока она не лишится разума от желания, а потом уйти, бросить ее в одиночестве.
Боль от этой мысли была так сильна, что от жалости к себе Мэг расплакалась. Она осадила кобылу у реки и спешилась, прислонилась к сильному плечу кобылы и вытерла слезы.
Мэг смотрела на темное пятно на своей кожаной перчатке и думала, как ей жить, если брак будет расторгнут. Она никогда не станет прежней после Темберлея, но как-то будет продолжать жить.
– Эта земля – часть поместья Уиклифф?
Маргарита обернулась и увидела Ника верхом на Ганнибале, одетого для путешествия. Он выглядел строгим и элегантным, словно выехал на прогулку в Гайд-парке. Мэг отбросила прядь волос с лица.
– Думаю, мне не следует удивляться, увидев вас, – сказала она, недовольная и расстроенная тем, что он застал ее плачущей.
– Я сбегал и из более строгих тюрем во время войны, – ответил Николас и спрыгнул с коня.
– Как любезно с вашей стороны попрощаться со мной. Или вы решили позлорадствовать?
Он встал рядом с ней и посмотрел вдаль через широкую реку.
– Уиклифф-Парк действительно прекрасен. Ничего удивительного, что вам так не хотелось его потерять.
– Я не жалею, что вышла за вас замуж. Я сделала это ради своей семьи. Но я должна извиниться перед вами за обман. Это было… ошибкой, – заставила себя сказать Мэг.
– Мы не такие уж разные, Мэгги. Я согласился жениться тоже ради своей семьи. Смерть Дэвида разбила бабушке сердце. Я хотел доставить ей радость. Поскольку мой брат оставил Темберлей разоренным, я женился на вас тоже ради денег. Моя бабушка обещала дать мне средства на восстановление поместья, если я женюсь на девушке, которую она выберет. – Он отбросил золотую прядь с ее плеча. – Я буду всегда защищать свою семью – вас и со временем, если нам повезет, наших детей.
Маргарита строго поджала губы.
