– Бобровский, безусловно, представляет интерес. Но он наш убежденный враг, который к тому же неплохо устроился и не бедствует, как многие белые офицеры за рубежом. Побудить его пойти на сотрудничество с нами очень тяжело, да и потребует много времени, которого у нас, к сожалению, нет. Надо искать другие варианты.
– Но есть одно интересное обстоятельство, – не сдавался Фитин. – Именно Бобровский взял на службу в царскую разведку нашего Сибиряка, лично занимался его подготовкой и считал его своим лучшим учеником.
– Наш пострел везде поспел, – удивился Меркулов. – Это существенно меняет дело. Похоже, мы нашли реальную зацепку. Сибиряка надо направлять в Америку. Хотя получение визы может занять много времени.
Фитин выразил уверенность, что спецы из отдела документации быстро сделают ее.
– Не горячись, Павел Михайлович, – остудил его пыл Меркулов. – Не мне тебе повторять, что лучший документ в нашем деле – настоящий. Конечно, если не найдем других вариантов, придется обращаться к ним. Я предлагаю вот что: давай запросим самого Сибиряка, он человек опытный, может располагать какими-то местными возможностями, о которых мы не знаем. Готовь телеграмму.
Пайнс до сих пор не мог поверить своей удаче. Прошло уже порядочно времени, а он с удовольствием вспоминал тот день, когда в посольстве появилась Марта и попросила вызвать его. Охранник проводил ее в комнату для приема посетителей, и именно там девушку встретил улыбающийся Пайнс:
– Ваш приход означает, что вы приняли мое предложение.
Марта кивнула в ответ.
– Ну что ж. Вас ожидает бурное времяпровождение. Джейн никогда не успокаивается, пока не обойдет все берлинские магазины, выставки и даже блошиные рынки. Хочу вас предупредить, что у нее главное хобби – мужчины. Если вы будете строить глазки ее кавалерам, она вас загрызет.
Марта запротестовала:
– Я и не думала выделяться на фоне Джейн.
– В таком со вкусом подобранном костюме, как у вас, и с вашей внешностью, кавалеры Джейн будут коситься прежде всего на вас, – возразил ей Боб. – И еще. В общении с ней отбросьте свой оксфордский язык. Говорите проще, а то Джейн обидится. Я схожу за ней.
Но Марта остановила его и объяснила, что вчера в командировку приехал сослуживец ее дяди из Польши, который привез ей письмо и конверт. В письме он указал фамилию Пайнса и попросил передать ему конверт. Дядя написал, что Пайнс знает, о чем идет речь.
Американец на секунду онемел. Вот так удача! Не надо придумывать никаких хитрых ходов, чтобы убедить Марту в необходимости переправить от него весточку дяде. Неужели Хавеман прислал вторую часть документа, который заинтересовал Вашингтон? От стремления заглянуть в конверт Пайнс чуть не забыл, что должен познакомить Марту с Джейн.
Дочь дипломата с порога обстреляла Марту оценивающим взглядом и сразу поняла, что уступает ей в привлекательности.
Американка была неплохо сложенной блондинкой. Яркий макияж и чересчур подчеркнутые женские прелести делали ее весьма эффектной, но немного подвели мелкие черты лица.
Пайнс представил девушек друг другу.
– Теперь мне понятно, почему Боб так из кожи лез, чтобы пристроить вас на работу в посольство, – съязвила Джейн. – Если вы его у меня отобьете, берегитесь, – шутливо добавила она.
– Я вижу, у вас есть о чем поговорить и без меня, – заметил Пайнс. – Я, пожалуй, пойду работать.
Джейн милостивым жестом отпустила его:
– Оформите в канцелярии все необходимые документы о приеме на работу Марты.
– Непременно, – ответил Роберт и почти бегом помчался в свой кабинет, где нетерпеливо открыл конверт.
Ожидания оправдались. Там действительно была вторая часть плана Генштаба сухопутных сил Германии о подготовке нападения на Англию. Задание Вашингтона было выполнено!
Пайнс расслабленно откинулся на спинку кресла и пару минут отдыхал от охватившего его напряжения. Теперь надо было срочно перевести содержание материала и отправить шифровкой Доновану. Но в пакете было еще что-то. Роберт развернул сложенные листы и понял, что это стратегические соображения германского военно-политического руководства о перспективах заключения мира с Англией. По своей важности данный документ даже превосходил первый. Пайнс немедленно засучил рукава и принялся за составление шифровки.
В том, что Марта останется работать в посольстве, он уже не сомневался, а позднее узнал, что девушки, едва познакомившись, уже мило болтали. Точнее, говорила без умолку в основном Джейн.
Она кратко обрисовала круг обязанностей Марты, сделав основной акцент на переводах ее бесед с молодыми немцами на светских вечеринках. И охотно рассказала, что у нее есть два постоянных любовника. Один из них – высокопоставленный военный летчик. Он иногда катает Джейн вдоль Рейна на спортивном самолете. Американка спросила:
– А сколько любовников у тебя? – и была поражена ответом, что ни одного.
