– Надо посоветоваться с Арнимом, – решил он. – Люси, я возвращаюсь в Берлин. Будем с Арнимом прокручивать возможные варианты. Приготовь на всякий случай рацию к перевозке. Не исключено, что тебе придется перебраться в Берлин, поближе к Арниму. Руководителем, скорее всего, станет он. Мне жаль расставаться с вами. Но приказ есть приказ.
Вернувшись в Берлин, Штефан долго колесил по его предместьям. Слежки не было, и он свернул на небольшую улочку, где размещалось скромное фотоателье.
Дверь открылась со звоном прикрепленного к ней колокольчика, из соседней комнаты вышел Арним. Друзья обнялись.
– Что-то случилось? – тревожно спросил Арним. Штефан рассказал ему о задании Центра.
– У меня есть знакомый американец из посольства США в Будапеште, мой пациент, – задумчиво произнес он, – но он вряд ли сможет ускоренно сделать мне визу. Дело все равно будет решаться обычным канцелярским порядком, потребуется подтверждение из Вашингтона, и все затянется. Других возможностей я пока не вижу.
Арним заварил кофе и поставил две чашки, себе и Штефану.
– Центр прав в том отношении, что тебе нужна подлинная виза. Американцы сейчас тщательно проверяют всех въезжающих, особенно из Германии. Боятся немецких шпионов. Поэтому твоему паспорту уделят пристальное внимание. А ведь нам еще нужно организовать безопасный выезд Марты. У тебя есть какие-то соображения?
– Я думаю, ее надо переправить в Югославию, где она в Загребе может сесть на корабль, отправляющийся в Америку. Самое сложное, как ей пересечь германскую границу. Лемке сообщил, что Крюгер закрыл ей выезд. Надо, видимо, искать «окно» на границе. Но потребуется время. Так что и переправить Марту в Югославию будет непросто.
Арним отставил чашку и начал прогуливаться по комнате, прикидывая пути преодоления сложной ситуации. Неожиданно он остановился и спросил:
– Как у Марты дела с получением вида на жительство в Америке?
– Вчера она позвонила мне и сообщила, что вопрос решен.
Арним уселся в кресло и с загадочной улыбкой уставился на собеседника:
– Вот сколько работаю, не перестаю удивляться. Почему Центр всегда оказывается прав?
– Что ты имеешь в виду? – недоуменно проворчал Штефан.
– Только то, что действительно есть неплохой вариант. И он, как и предвидел Центр, связан с местными условиями. Объясняю. Марта получила вид на жительство в США. Допустим, у нее есть муж. Как скоро американцы дали бы ему визу? Отвечаю: довольно быстро, и причем в любом американском посольстве. Ты понимаешь, к чему я клоню?
– Не совсем, – признался Штефан.
– Я хочу сказать, что тебе надо срочно заключить фиктивный брак с Мартой, получить подлинную визу и вместе ехать в Америку. Это был бы элегантный шахматный ход, закрывающий все наши проблемы.
– Ты в своем уме? – возмутился Штефан. – Марта замечательная девушка, которая уже перенесла тяжелые удары судьбы. Она не заслужила, чтобы ее молодая жизнь была бы еще искалечена фиктивным браком. Вдруг она привяжется ко мне? А я через пару месяцев получу новое задание и скроюсь из Штатов, даже не предупредив ее об этом. На что ты ее толкаешь? Да и вообще, согласится ли она на такую авантюру? Пойми, мне было бы очень неприятно обманывать ее. Нет, давай оставим Марту в покое.
Арним, не переставая улыбаться, добавил:
– Если ты так искренне заботишься о ней, женись по-настоящему.
Штефан даже поперхнулся кофе от неожиданности. Но Арним уже перешел на серьезный тон:
– Марта хорошо показала себя в операции с Пайнсом и Крюгером. Из нее может получиться толковый сотрудник разведки. Надо только терпеливо и убедительно разъяснить ей существо нашей работы. Вы могли бы составить неплохую пару разведчиков. Естественно, все подобные вопросы надо согласовать с Центром. Другой возможности выполнить срочное задание Центра я не вижу. Ты сам это отлично понимаешь. Пиши предложения в Центр, и мы их отправим от меня по резервному каналу, чтобы не терять время.
В один из дождливых берлинских вечеров, когда приятно посидеть в уютном заведении, ресторан «Старый Бремерхафен» украшала давно сложившаяся компания. Крюгер за успешное проведение операции с Пайнсом получил Железный крест. Он счел своим долгом отметить такое событие со своим приятелем Штадлером, который, как ни крути, существенно помог успеху данного замысловатого предприятия.
Собеседники не спеша и с удовольствием выпили и закусили. Настало время сигар и коньяка, а также задушевных бесед. Крюгер, больше для поддержания разговора, рассеянно поинтересовался успехами гестапо в борьбе с врагами рейха. Штадлер, прихлебывая марочный коньяк, скучно пожаловался на захлестнувшую аппарат каждодневную рутину.
– Хотя, – несколько оживился он, – недавно произошло странное событие, которое вызвало недоумение и пересуды среди коллег. Некто позвонил в полицию и сообщил о подозрительном автомобиле на одной из берлинских улиц. Представляешь, как отрекомендовался бдительный стервец?
Крюгер пригубил любимый коньяк и покачал головой.
– Член НСДАП, – рассмеялся Штадлер.
